Глава 42. Охота на щенков
К счастью применять пси-способности, чтобы выбить окно мне не приходится. Нехотя Шон Мэддин отпирает дверь, и мы с Шейлой и канисом набиваемся в слишком тесную для такого количества пассажиров кабину. — Эй! Тут слишком мало места! — возмущается Мэддин. — Вы мешаете мне управлять харвестером! — Можешь прогуляться пешком, — предлагаю ему небрежным тоном, но что-то он не торопится освободить место оператора. — Твой железный кобель сломал мне харвестер, — возмущается он. — Только не говори, что это та самая полудохлая слепая псина, что жила под крыльцом твоей хижины. Брех угрожающе рычит, а я молча выбираюсь наружу и подключаю соединительную трубку, после чего харвестер возобновляет движение, и мне приходится его догонять и запрыгивать на ходу. — Ты что творишь, утырок? Мэддин только гнусно смеется. Затем принимается ныть, что не выполнил план, и его оштрафуют. — Из-за вас у меня заберут харвестер! — гундосил он, не забывая жадно посматривать в сторону Шейлы. — Не переживай, я передам Цю Синю, что ты нам помог, — усмехаюсь я. Мы выскакиваем на дороге, не доезжая до поселка, и Меддин, ругаясь что зря потратил топливо, возвращается на поле. — Мерзкий тип! — кривится Шейла. — Смотрел на меня так, словно я голая. Я лишь усмехаюсь. До окраины поселка мы добираемся за двадцать минут, а Брех без проблем находит нашу старую хижину. Она по-прежнему существует, но в ней никто не живет. Канис прижимает уши, подворачивает металлический сегментированный хвост и наотрез отказывается подходить ближе. Рычит. — Что с ним? Ари, ты уверена, что стоит подходить ближе? — беспокоится Шейла, пытаясь успокоить каниса. — Он здесь погиб… — ухожу одна вперед. Сразу видно, жить здесь нельзя. Крыша провалилась, крыльцо сгнило и рассыпается серым крошевом, под завалившимся навесом виднеется силуэт проржавевшего харвестера. вокруг только тлен и запустение. И до того убогая лачуга теперь кажется окончательно покинутой. Неожиданно на меня накатывает. Горло перекрывает, и я не могу сделать вдох. С большим трудом мне удается сделать вдох, и одновременно вырывается всхлип. Я стою, а слезы так и катятся сами по щекам, и я не могу их не остановить, ни объяснить… — Ари, что там? — окликает меня Шейла, и я украдкой вытираю глаза. — Придется искать другое жилье. Здесь не получится остановиться, — стараюсь, чтобы голос звучал как обычно. — Можете погостить у меня, — раздается голос со стороны навеса. Мне навстречу, вытирая руки засаленной, тряпкой выходит Питер Элид. На вид он почти не изменился, разве