Глава 10. Жаль, что не сын
Проекция передо мной никуда не исчезает, но от зрелища, что она демонстрирует, меня начинает мутить. Не в силах больше смотреть на убийство в прямом эфире, утыкаюсь взглядом в собственные острые коленки, обтянутые серой робой, исцарапанные и покрытые ссадинами там под грубой поношенной тканью, и замолкаю до конца пути. Вопросов много, они роятся точно квази-шершни, способные убить своим ядом просто пролетая мимо. Но мне страшно их задавать, потому что звездный лорд куда опаснее любого квази-шершня и кусается намного больнее. Я хочу понять, увижу ли я когда-нибудь маму? Что со мной будет, когда окажемся на месте и куда, вообще, мы летим? Как и откуда звездный лорд Кастильеро узнал, что на Кантре есть такая девочка Ари Раскел? И как такое вышло, что у меня обнаружились пси-способности? И почему о них знают другие, даже фон Аделхард, но не я? Почему мои волосы вдруг опять побелели несмотря на все мамины ухищрения? И, наконец, какого паршивого каниса, Адолфо Кастильеро упорно называет меня чужим именем? От невысказанных вопросов пухнет голова, но не проходит и пятнадцати минут, как скайрос начинает снижаться. Раздаются тихие щелчки и жужжание, я выпрямляюсь на сидении, с удивлением наблюдая, как ремни автоматически расстегиваются, высвобождая меня из плена. Звездный лорд снова стоит рядом в проходе и жестом указывает мне на выход, пропуская вперед, точно я леди. При этом он так пристально рассматривает меня, что окончательно становится не по себе и тянет надерзить, но я держусь изо всех сил, так плотно стискивая челюсти, что опасаюсь стереть зубы до десен. Но если он сделал такое с сыном сенатора не понять, за какую провинность, то что говорить обо мне? Так что лучше уж немного поскрипеть зубами, зато остаться с непорченой шкурой. Но больше всего я сейчас беспокоюсь о маме. Что она скажет, когда узнает, что ее дочка — воровка? Что-то подсказывает, что с этого момента моя жизнь изменится навсегда. Но хорошо это или плохо? Звездный лорд жестом приказывает мне, что пора на выход. Как и в прошлый раз, сначала высаживается охрана, после Кастильеро с насмешливым поклоном пропускает меня вперед. Шагая, лопатками чувствую его тяжелый взгляд, но как ни тянет обернуться, держусь. Спускаюсь по короткому трапу, в котором и нужды особой нет — скайрос не харвестер, в него не требуется запрыгивать, подтягиваясь на поручнях, на высоту собственного роста. Навстречу из-за покосившегося амбара с грозным урчанием выскакивает Брёх. Его шипы на загривке встопорщены и отливают алым,