Толпа загалдела, но Джейкоба это не остановило. Он продолжал говорить и толпа постепенно затихала. Хотя, выкрики всё же были, пускай и редкие:

— Ты убил Силкина, мразь!

— Ты за это ответишь, ублюдок!

Джейкоб, слыша эта, только улыбался и разводил руками:

— Я его не убивал. Если кто-то с этим не согласен, может попытаться доказать обратное. Все вы уже прекрасно знаете, кто это сделал. Это был некий Цербер, обычный странник, пришедший к нам извне. Он убил Силкин и отправил Тати в кому. Он повинен в этом и никто другой. Силкин был хорошим правителем, но глупым! Он доверился незнакомцу, поставил на кон наше поселение и поплатился за это. И если бы не наши старейшины, то рано или поздно, пришлось бы поплатиться нам всем! Именно это и побудило меня выйти из тени! Я больше не могу скрываться и просто обязан взять на себя тяжелую ношу, которую могу унести лишь я. Я стану новым правителем Хромой лощины и приведу вас всех в лучший мир! Тот, который был вами забыт! Тот, где все мы сможем дать отпор любому, кто посягнёт на наши жизни и права! Тот мир, где нет места насилию и нет места боли! И чтобы это сделать, я женюсь на Авроре! Единственной наследнице Силкина, на чьих плечах сейчас лежит тяжелая ноша управления Хромой лощиной! И вы как никто должны понять, что девушке не справится с этой задачей! Только я могу раз и навсегда решить наши проблемы и уничтожить всех, кто будет этому противостоять!

Толпа замолкла, чтобы через секунду завопить и оглушить меня овациями, вперемешку с рукоплесканиями и радостными криками. Признаюсь, чесал этот урод так, что потом век не расчешешь. Не поверить в его речь было сложно и в особенности тем, кто уже отчаялся жить и видеть одни и те же лица. Люди все по натуре свободолюбивые, да и все существа такие. А значит и этим тоже нужна свобода и за неё они готовы убивать. И когда какой-то левый мужик, прямо при всех провозглашает себя Моисеем, который проведёт всех по дну морскому в земли обетованные… Шансов на то, чтобы не согласиться с ним, у них попросту не было.

Цокнув языком, я ударил по крыше кулаком:

— Вот ведь сукин сын… Да тут же и ежу понятно, что он сам Силкина убил! Мотив на лицо! Точнее кто-то убил, а он просто скомандовал. И я даже знаю кто, но как теперь это доказать? Мне теперь и в город пути нет… Если горожане узнают, что я — это я, то мне конец… Меня же на части разорвут…

— На твоём месте, я бы больше переживала за то, что будет сейчас, а не потом. — позади меня послышался женский голос, а у горла вдруг почувствовала холодок от острого лезвия.