Путь мне предстоял неблизкий. Навскидку, мне требовалось пройти, по меньшей мере, с десяток километров. Вулкан, пускай и был виден издалека, но всё же находился очень далеко и торчала лишь его макушка. Зато, я отлично видел почти всю каменную пустошь вокруг себя и отчётливо мог увидеть, если кто-то попытается на меня напасть. Единственное, что сильно смутило меня, это сильный смог, начавшийся примерно через километр, как я отошёл от пустыни. Он сильно урезал видимость, а множественные паровые гейзеры, бьющие ключом из щелей в граните, заставляли меня идти крайне осторожно.

На своём пути я встретил множество противников и все они, как один, были невосприимчивы к моей способности выпускать пламя. Зато, они отлично рубились моими когтями, хоть мне иногда и приходилось покрутиться, чтобы достать самых бронированных.

Одним из таких стал каменный голем, в чьих жилах текла самая настоящая магма. Я наткнулся на него случайно, огибая очередной гейзер и совершенно не глядя туда, куда ступаю. Оказалось, некоторые существа здесь находились в спячке или просто притворялись спящими, но факт оставался фактом — я наступил голему на морду. Это вызвало у его тонкой душевной натуры необузданный гнев, и он принялся швыряться в меня валунами, которые он вырывал прямо из земли. Уворачиваться от них было не сложно, но этот урод создавал такой шум, что уже через минуту сюда сбежалась партия огненных летающих тварей, которых я прозвал огненными свиньями. Именно на этих животных они походили, имея пухлое пузо, покрытое каменной коркой и маленькие крылышки, которые с трудом удерживали эти тушки в воздухе.

Огненные свиньи были не опасными противниками, но перед смертью успевали нагадить, взрываясь и разлетаясь множеством каменных осколков. Вероятнее всего, именно для этого им и нужна была каменная корка, ведь броней её назвать было трудно. Мои когти вгрызались в неё, как в масло, и мне хватало лишь одного удара, чтобы убивать этих летунов-переростков. К сожалению, о големе я того же сказать не мог.

Пускай каменюка был неповоротлив, но при этом весьма крепок. Нередко мои когти со звоном отлетали от его тела, и мне приходилось искать уязвимые места, чтобы нанести урон. Череда попыток выявила как раз одно такое. Им оказались его глаза, рот и места скрепления камней в виде магмы. Протыкать его было бесполезно, но если успевать уцепиться когтями за камень и с силой потянуть за руку или другую конечность, то её можно было оторвать. Это требовало у меня нечеловеческих усилий и вряд ли я бы смог провернуть подобное без частички силы, но я, всё же, сумел.