Первая тварь выскочила неожиданно — метрах в десяти от группы, из-за кустов. Здоровенный «прыгун», серый, с длинными задними лапами и пастью, усеянной острыми, как иглы, зубами. Он замер на секунду, оценивая добычу, а потом рванул.

— Свет! — крикнул Витька, и фонарь вспыхнул ослепительным светом.

Тварь завизжала, заслоняясь лапами, и в этот момент Петро и Степан ударили с двух сторон. Не насмерть — по лапам, по корпусу, чтобы завалить, но не убить. «Прыгун» рухнул, забрызгивая всё вокруг сукровицей, и забился, пытаясь вскочить.

— Живьём! — напомнил я, но новенькие уже знали. Витька выхватил артефактную сеть, набросил на тварь, активировал. Сеть сжалась, и «прыгун» замер, обездвиженный.

— Есть! — выдохнул Петро, и я увидел, как у него дрожат руки. Но голос был твёрдый.

— Молодцы, — сказал я, выходя из укрытия. — А теперь — внимание. Это была разведка. Основное гнездо — впереди. Вы его потревожили. Что будет дальше?

— Они пойдут на нас, — ответил Степан, и в его глазах я увидел понимание. — Все.

— Правильно. Поэтому сейчас вы отходите, уводя их вон туда, — я показал на сужение карьера, где стены сходились почти вплотную, — А там мы их и встретим. Вопросы?

— А как же тот, которого мы поймали? — спросил Витька.

— Его заберут ветераны. Ваша задача — вывести остальных. Живыми. И, — я посмотрел на них, — Постарайтесь вернуться все. Договорились?

— Договорились, — ответили они почти хором.

Дальше было жарко. «Прыгуны» высыпали из гнезда всем скопом — штук пятнадцать, не меньше. Новенькие отходили по намеченному маршруту, стреляя на ходу, прикрывая друг друга. Я видел, как Витька застыл на секунду, когда тварь прыгнула прямо на него, но Петро успел — сбил её выстрелом в воздухе. Как Степан прикрыл собой Сорокина, когда тот споткнулся о корень. Как они работали в связке, как настоящая команда.

В сужении карьера мы их встретили. Ветераны ударили с двух сторон, я открыл порталы — не для захвата, а чтобы отсечь пути отхода. «Прыгуны» заметались, пытаясь прорваться, но новенькие держали фронт, а мы с Никифором добивали тех, кто подходил слишком близко.

Через десять минут всё было кончено. Пятнадцать тварей — двое взяты живьём, остальные уничтожены. Потери с нашей стороны — ноль.

— Осмотр! — скомандовал я.

Новенькие опустились на землю, тяжело дыша. У Витьки была рассечена щека — зацепило осколком камня, когда тварь прыгнула рядом. Петро хромал — подвернул ногу, уходя от атаки. Степан выглядел лучше всех, но руки у него тряслись так, что он едва удерживал автомат.

— Как оно? — спросил я, присаживаясь рядом.