В еще двух местах оказались похитрее сами Беи, пустившие в атаку не три, а всего две сотни воинов. Вот именно подобная разница и оказалась тем весомым порогом, когда количества атакующих все же не хватает для захвата берега. Да еще перебитые первые лошади реально завалили проход даже к кольям, потому что места для высадки десанта на нашем берегу оказалось тоже поменьше.

Так что из шести мест на берегу Протвы, где начались переправы, в трех потерь почти нет, в двух совсем небольшие, не больше десятка в укреплениях и прикрывающих отрядах. И только здесь я уже насчитал примерно двадцать пять погибших и столько же раненых, в основном ополченцев.

Пока лечу раненых во втором и третьем укреплениях, докладываю о наших потерях в Ратушу.

— Нужна подмена в здешнем оборонительном узле! — говорю прямо современными для меня понятиями, перекраивая здешнюю военную науку. — Почти треть всех ополченцев и пара гвардейцев погибли! Хорошо бы оставить несколько переживших штурм воинов для обучения, а остальных выживших полностью поменять! Почти все ранены тяжко, много крови потеряли уже! — докладываю я Генсу.

— Завтра с утра к вам подойдут три сотни ополченцев! — несказанно радует он меня.

— С таким подкреплением точно закроем все бреши и усилим нашу оборону! — обещаю Главе Совета.

— Какие потери у степняков? — интересует его очень подобный вопрос.

— Солидные, сто-сто пятьдесят степняков в тех местах, где по ним стреляли пушки, но больше боевого соприкосновения не было. Там, где удалось отбиться без меня и пушек, примерно ровно по двести степняков пытались переплыть Протву. Может немного меньше, может немного больше, все считали на глаз. В том месте, где я их встречал — примерно сразу две-две с половиной сотни и потом еще половина сотни из лучников. И вот здесь, где я сейчас лечу раненых, три сотни отправились к нашему берегу, все они погибли здесь и на переправе. Еще я приложился по лучникам на том берегу, там, наверно, с половину сотни выбил, а то и целая сотня погибших. Всего тысяча сто-тысяча двести степняков точно погибли за сегодня, — привожу я имеющиеся у меня цифры.

— А сколько до этого штурма их погибло? — тут же интересуется Генс.

— В первый день сотни две с половиной, может даже три и потом сотня. Еще я обстреливал своим оружием стоянки племен пятнадцать раз, там тоже не меньше семи-восьми сотен погибших, — прикидываю я.

— Всего, значит, их стало меньше на две тысячи четыреста примерно, — подводит итог Генс.

Да, по сравнению с городскими вооруженными силами просто невозможные потери от моей грамотной обороны и, конечно, часто применения сверхоружия.