Так что общая колонна растягивается, наверно, на несколько километров, но потеряться на нагорьях все равно не должны. След за первыми крестьянами сильно заметный остается, только полные дебилы способны заблудиться на нем.

— А зачем нам такие подданные? Ни к чему совсем! — весело говорю своим приближенным, Учителю и Бейраку.

Хорошо видно уже снизу, как вытягивается даже не одна колонна за мною следом из сильно спешащих молодых парней.

Проходим мимо бывшей стоянки, пастухов с их отарами не видно. Наверно, откочевали снова подальше после того, как в округе появились вооруженные толпы не сильно любящих их крестьянских парней.

— Купили баранины? — вопрос к моим охранникам.

— Купили, господин Капитан, по золотому за тушу сторговали!

— Все попробовали? — киваю я назад, на крестьянские колонны.

— Всем хватило, кроме последнего отряда, но они не жалуются, и так хорошо еды с наемников набрали! — рассказывает Дундер. — Степняки потом ушли на всякий случай, я их искать по нагорьям не стал. Как вы сказали — за своими подопечными присматривал!

— Ну, правильно, немного диких крестьян, получивших оружие и кое-какое умение к нему, оставлять нельзя, — подтверждаю я. — Придется в Асторе везде наряды из гвардейцев выставлять, чтобы присмотрели за ними, особенно на рынке.

— Не попадают они, господин Капитан, с таким-то грузом? — волнуется охранник за своих подопечных.

— Уже заждались, сидя на полянах, поэтому должны бежать следом быстро! — так и сказал ему и Учителю. — Если с подобным грузом на высоте по камням прошли, то на нагорьях не развалятся!

На самом деле меня время от времени догоняют командиры различных взводов, пытаются получить какую-то новую информацию именно для них.

На что я отвечаю, что дойдем до дороги, там я остановлюсь, всех мимо пропущу и на все вопросы отвечу.

— А пока шагайте быстрее! И своих подгоняйте, успели отдохнуть ведь! — только и добавляю.

Да, до дороги я все-таки дошел, правда, уже далеко после обеда, потому что подобный массовый переход вообще очень не быстрое дело.

Остановился на самой дороге, поставил своих людей считать бредущих в поту и мыле крестьян, нагруженных всем, чем только нашлось, по самое не хочу. Еще ведь все еду тащат, которую забрали в пайки в Сатуме, что вполне понятно, не приучены крестьяне вообще хоть что-то выбрасывать.

Даже беспощадно погнутый гвоздь найдет свое место в крестьянском хозяйстве.

— Ничего, свое несете! За свое можно и пострадать! — так всем отвечаю и командую дальше. — Быстро перешли на ту сторону и скрылись в кустах!

Конечно, подобную колонну, растянувшуюся на добрый пяток километров по сильно пересеченной местности, дежурный степной разъезд все-таки не пропустил. Прискакали сначала двое степняков, убедились, что хорошо знакомые им астрийские крестьяне тут бредут непонятно вообще почему и куда, что я тоже на месте присутствую.