Философия на основе сладкого… Шут Принцессы. Как есть. Но не буду отрицать, мне хотелось побеседовать с Виви подольше. Она все еще оставалась загадкой. Как она познакомилась с Авики? Почему решила стать игроком? Что за духи лежат в её «рукаве»? Почему Белая Лилия? Много всего, но, думаю, время еще будет.
— Па! Мы вас потеряли! — успокоились учителя.
— Мы немного побеседовали с господином Парсией, — явно было стыдно Асити.
— Коста купил мне сладкого, — кивнула Виви. — Это называется свиданием?
Мои глаза округлились.
— Ха-ха-ха! Нет, милая, не думаю, — захохотал Авики.
— Ясно, — захрумкала альбиноска дальше.
— Как я и сказала, Кван, — потерла висок Вердо. — Тут только дело привычки.
— И, кстати, насчет тебя! — ткнул в мою сторону мизинцем Торн. — Путем мастерских переговоров, — Асити вновь закатила глаза, — с этой минуты я становлюсь твоим вторым учителем!
— Временным! — стукнула Асити по плечу друга.
— Не придирайся к словам!
— Эх! — подошла госпожа ближе ко мне. — Он прав, пора подтянуть еще одну сторону твоей игры, Коста, — цокнула языком Ли Вердо. — В этом плане Лисицы сдержанны, и мне самой вся эта чушь претит. Но лишней не будет.
— Какую сторону? — не совсем понимал я.
— Образ Алого Принца! — щелкнул пальцами Авики. — Как вызывать к своей персоне глубокие чувства! Превращать свои бои в целое представление. — Он обнял себя. — Чувства, кураж, замирание чужих сердечек! — вскинул руки, словно тянулся к солнцу. — Бранна смотрит — и послала мне такую потеху! Ха-ха-ха!
Я дернул бровью.
— А… свою ученицу вы тренировать не хотите?
— Пф-ф-ф! — хитрая ухмылка. — Что бы ты понимал! Милая Виви перетягивает на себя все внимание зрителей с легкостью цирковой лошади.
— Вы сравнили меня с лошадью? — погромче надкусила плитку девушка.
— Хе… Хе-хе. Кхм! — резко повернулся Авики. — Ну все, хватит топтаться на месте, — потопал он дальше. — Идем штурмовать поместье!
Погорелый хотя и небольшой, но все же городок. Но что тут, что в Сверебро не было неблагополучных районов, как в Арлекинуме. И это чувствовалось. У Синих… Да, была банда, но улицы по большей части были чисты, ухожены, стража поддерживала порядок.
А тут… Хм. Мы прошли всего ничего, но уже видели, как прямо на асфальте сидят бездомные, просят милостыню. И прямо у них под боком — уличные музыканты. Одиночки, играющие то на скрипках, то на губной гармошке. Парнишка, завидев наш отряд, подорвался, снимая шляпу-котелок.
— Монету, господа и дамы!
— Ха! — сбавил шаг Авики. — Встанешь на руки, тогда дам.
— Эт я легко! — прямо на ходу парнишка зажал зубами головной убор. — Оп-фа! — Встал, действительно встал — и даже прошелся на них немного.