Немного думаю.
— Асити. — очередная плохая идея.
— Ох, не смотри так на меня, Коста. — сама смотрит мне в глаза и больше не может сопротивляться. — Ладно, хорошо. — выдыхает. — Мы заберем его с собой. — расплываюсь в улыбке. А Вердо потупила взгляд. — Хм, будет кому нести поклажу.
Бальтазар фыркнул.
— Вот это точно не обсуждается! — нашла картежница контакт с Прокаженным.
В этот момент дверь в домик коневода открылась. Доля секунды. Я среагировал на уровне инстинктов, ведь первый, кто вышел из здания, был священник из паствы Ктофа, брелок Марий сверкнул на солнце.
— Аси. — шепотом произнес я, перепрыгивая оградку. Асити, не задавая вопросов и не растерявшись, тут же последовала за мной. Мы оба прильнули к стене дома.
Священник повел головой, видит только Бальтазара. Умный жеребец остался на месте, специально заблеяв погромче.
— Хм. — слышу звук шагов. — Все в силе? — спрашивает кого-то.
— Д-да. — второй голос, очень молодой. Не коневод, его сын. — Я все сделаю.
Хлопок по плечу.
— Мария рада помощи её детей. — шуршание одежды. — И воздастся всем по заслугам.
— Во имя света. — склонил юноша голову.
Слушаем, как отделяются шаги. Сын коневода зашел обратно в дом.
— Что мы только что услышали? — обдумывает Вердо.
— Считай это моей интуицией. — киваю. — Но с местными приверженцами Марий, что-то не так.
— А мы вроде как сражаемся с повстанцами. — мрачная ухмылка. — И когда кто-то ведет себя подозрительно в городе, где собираются эти мрази. — хрустнула пальцем.
— Предателей больше, чем мы думали. — Я почти уверен в этом. Ктоф, Завиток и все служители церкви… На стороне врага.
Авиктанна, почему ты пыталась завербовать именно меня? Если Долтон уже с вами или был более легкой целью. Почему я? Ведь эта попытка как раз и начала цепочку противостояния.
Ты сделала ошибку.
* * *
Завиток стоит напротив окна, смотрит на людей, что потоком двигаются по улице. Женщина гладит кольцо на пальце. Полностью поглощенная своими мыслями, она и позабыла, что в комнате не одна.
— Авиктанна. — грубый, мужской голос.
— Оу, ты еще здесь? — улыбка. — Собрание закончилось, разве тебе не надо поспешить? — разворачивается. — Картежники вот действуют, и зная, что их возглавляет Парсия. — цокает. — Шансы на успех стремительно приближаются к нулю.
— А кто в этом виноват? — скрытый за мантией сжимает кулак. — В ком проснулась сентиментальность? Из-за тебя они что-то заподозрили! — встает. — Слово… «Дружба» как-то некстати всплыло в твоей черной душе.
— Аккуратней, Мигдал. — на мгновение потемнела комната неестественной тенью. Но быстро исчезла, когда женщина выдохнула. — Да, признаю, когда я услышала, кто сопровождает Асити… — стучит тростью. — Эх, ты прав. Не моя обязанность спасать потерянных родственников своих друзей.