— Я всегда быстр, если речь касается близких мне людей, — ответил я.
— Что ж, проходи, проведай свою жену, — отошла она в сторону.
— Она не моя жена, — буркнул я, войдя в её идеальный до боли в зубах домик.
— Тебе виднее, — сказала она мне в спину голосом, пропитанным добродушным смехом.
Стрекоза всё так же лежала на кровати, как я её тогда оставил, укрытая одеялом с одной лишь разницей — теперь её глаза были широко распахнуты. Теперь она была в сознании.
Едва я вошёл, Стрекоза тут же перевела скучающий взгляд с потолка на меня. Ещё секунда, и она уже сидела, заставив одеяло спасть и оголить её грудь, но ни я, ни Стрекоза на это не обратили никакого внимания.
— С добрым утром, соня, — тепло улыбнулся я, не готовый признаться даже самому себе, насколько мне было всё это время неспокойно.
Казалось, её требовалось время, чтобы понять, что я говорю, да и реален ли я сам. Но тем не менее она улыбнулась, прострекотав в ответ.
— Да я смог прорваться на двенадцатый, — сделал я пару шагов ей на встречу. — С горем пополам и только благодаря тебе.
Стрекоза разошлась в широкой улыбке, чтобы через мгновение прыгнуть с кровати прямо ко мне в руки. Она осталась практически единственной помимо Зу-Зу, кого я бы обнимал с такой же теплотой и радостью.
Она что-то там стрекотала про то, что боялась, что мы больше не увидимся, про то, что рада, что у меня всё получилось и что всё-всё-всё будет хорошо. А я просто обнимал её, наслаждаясь моментом, когда всё хорошо. И именно в такой момент в голову лезли сплошные недобрые мысли про слова Бао, что в конечном итоге я погублю абсолютно всех.
Не погублю. Уничтожу всё в округе, а их сохраню — я это гарантирую.
Следующим на очереди к целительнице был Бао. В отличие от Стрекозы, у которой позвоночник был перекушен, ему предстояло не только восстановить глаз, но и отрастить заново руку, что ещё со слов Лисицы было не просто. Поэтому оставалось лишь запастись терпением и ждать.
А пока я его ждал, Стрекоза с радостью утащила меня в постель, продемонстрировав всю свою радость от встречи и того, насколько она рада меня видеть. Ей даже потерянные лапки восстановили, и теперь она карябала мне спину в постели всеми шестью паучьими лапками, которые по остроте не уступали добротным клинкам.
Но если честно, в тот момент меня больше интересовало то, что скажет Бао по поводу целительницы. Всё же и знаний, и опыта у него было явно по больше моего, и возможно он что-то да узнает о ней.
Он и узнал.
— Она дочь бога медицины и исцеления, — сказал он кратко, едва появился в домике.