— Думаю, здесь лучше нам спуститься на землю, — произнёс я негромко. — Лучше не лететь там, где видимость от силы десять метров.
— А если он не рассеется? — спросила Шонь.
— Тебе ещё не поздно повернуть обратно.
— Да нет же, я не об этом. Что, если туман на протяжении оставшегося пути будет таким?
— Не будет.
— Откуда ты знаешь?
— Я видел.
Сразу вспомнился тот разлом в приграничье у озера, где людей поработил артефакт, сделав их единым разумом. Туман там был, он стелился в низинах, да, но далеко не везде. Да и небо было в тучах, которые подсвечивались зелёным светом. Сейчас подобное путь и было, но очень слабо.
— Что нас там ждёт?
— Увидим.
И мы увидели.
Вошли мы в туман колонной первый я, последний Бао, а Зу-Зу посерединке. Вошли буквально почувствовав, как погружаемся в туман. Воздух стал внезапно тяжёлым, а через десять шагов, тот буквально захлопнулся за нами, отрезав от другого мира.
Даже мне стало неуютно со своим тринадцатым уровнем. Можно только представить, что ощущали главы церкви, которые отправлялись сюда в одиночку.
Звуков не было. Даже шаги, и те глушились. Не пели птицы, не шумел ветер, и стволы деревьев, показывались скрывались в тумане тёмными тенями, будто какие-то наблюдатели. Теперь единственным, что нас вело, были железная дорога, всё такая же вечная и реальная вокруг того, что окружало нас.
Около часа не происходило ничего. Мы просто шли и шли, не видя дальше десятка метров ничего кроме стволов деревьев. А потом…
— Справа! — внезапно едва ли не вскрикнула Шонь. — Там справа что-то есть!
Я резко обернулся, но ничего кроме тумана не увидел. Обернулся, едва она произнесла первые буквы, но… чутьё молчало.
— Справа? — Бао внимательно пригляделся. — Ничего не вижу.
— Но я видела!
— Да? Юнксу, ты видишь что-то?
— Нет.
Зу-Зу тоже ничего не видел и не чуял, судя по его виду. Как и Стрекоза. Но в этом мире возможно всё что угодно.
— Идёмте.
— Но…
— Я понял. Я верю, однако нам надо двигаться дальше. Нам необходимо пройти эту стену тумана.
Но мы не прошли её даже через сутки.
Ночь опускалась здесь так же, как и везде. Единственное отличие — постоянный зеленоватый свет, который лился откуда-то спереди сверху даже ночью, окрашивая и без того жуткое место в ещё более жуткие зеленовато-тёмные цвета.
Мы сбились вокруг костра, который по началу даже не хотел разгораться. И не разгорелся, если бы не я. Вспомнив всё, что я успел вычитать и заучить из книг, я просто посмотрел на хворост и сосредоточился. Смотрел на него, сознанием пытаясь ощутить эти ветви, их влагу, их кору и ткань, из которых она состояла.