Всё внутри меня пульсировало и горело. Пилюля сделала своё дело, она действительно устроила настоящий прорыв. Энергия, которая скопилась при поднятии уровне бушевала и требовала выхода, требовала распространения дальше того пространства, что ей было сейчас доступно. Ей требовался для выхода двенадцатый уровень, что укрылся за, казалось бы, таким тонким и в то же время прочным барьером.
Теперь я не имел второго шанса (вернее имел, но через очень нескорое время), поэтому ждал, ждал того самого момента, когда можно будет завершить начатое.
Я пил Ци Стрекозы, набираясь сил перед контрольным рывком. Приток сил через Стрекозу переборол даже утечку моей Ци к ведьмам, позволив восстановить свои силы полностью. На даже на этом я не остановился. Мне требовалось больше Ци для одного мощного и резкого рывка, чтобы раз и навсегда пробиться дальше.
Время шло, и я разрывался между тем, чтобы оставить Стрекозу в покое и тем, чтобы дождаться момента. В какой-то момент я уже было хотел отказаться от этой затеи, но остановил себя, напомнив, что тогда просто зазря потратил не только время, но и силы, и жертву Стрекозы. Надо закончить начатое.
Ци уже давно переполняла меня и, казалось, теперь просто разливается по всему телу, наполняя силой каждую клетку организма. От такого даже мышцы были готовы лопнуть. Хотелось сделать что-то, чтобы прекратить это, сделать прямо сейчас и…
Я вжарил.
Всё было как в прошлый раз.
Я резко собрал всю мощь поднятых уровней, что бушевали в меня в одно единственное копьё. Именно так я видел его внутри себя. Сияющее серебром копьё, которое росло в размерах, искрилось и обжигало не только тело, но и само сознание. Даже удержать сознанием его было больно.
И едва оно разрослось до таких размеров, что уже даже мне не удавалось его удержать, отчего оно началось трескаться, я со всех сил, что только были выпустил его прямо в барьер, который закрывал мой рост дальше.
Этот звук я слышал не просто в себе, я услышал его вокруг себя — пронзительный, будто кто-то под ухо свистнул. Копьё метнулось в сторону барьера и врезалось в него. Тот начал растягиваться, продолжая удерживать напор, и я налёг на него всеми силами, пытаясь проткнуть этот сраный запор.
Барьер не сдавался. Тянулся, но не рвался, он обволакивал копьё, удерживаясь из последних сил. А я давил, продолжая высасывать из Стрекозы всю Ци, которую только мог, продавливая и продавливая. Мне нужна была небольшая прореха, чтобы всё рухнуло, чтобы проскочить дальше. Ещё немного, ещё чуть-чуть. И собрав всю Ци с тела, что только была во мне, с каждой клеточки, с каждого долбанного уголка тела, я от души зафигачил по копью, почувствовав, как внезапно отключаюсь, и…