— Ну, и как это называется? — буркнул я себе под нос, надеясь, что буду услышан.

— Объясню. Позже. А пока удивляйся — нам нужна именно такая реакция! — нагло заявил БИУС и замолчал.

Я мысленно хмыкнул, подождал еще немного и разрешил напарницам прыгать ко встречающим. Потом переместился следом, поздоровался со всеми троими и вопросительно уставился на генерала.

Он ответил на приветствие и перешел к делу:

— Надежда Олеговна — моя дальняя родственница и, пожалуй, самый непримиримый враг двух… скажем так,самых

своеобразных представителей Императорского рода. В частности, подполковника Валентина Всеславовича Воронецкого, являющегося начальником штаба Первой Отдельной Бригады Особого Назначения, и его отца, Всеслава Николаевича — начальника отдела по контролю за оборотом Искр, артефактов и технологий. Рассказывать о сути ее претензий к этим личностям я по понятным причинам не буду. Скажу лишь, что у Надежды Олеговны имеется возможность получать конфиденциальную информацию о деятельности этих лиц…

Насколько я понял его дальнейший рассказ, Ермаковой слили инфу о конкретных пунктах плана Великого Князя Петра Александровича вернуть курируемой им спецслужбе прежнее влияние, и княжна поделилась этими разведданными с родственничком. Причем не просто так, а выбила из него разрешение участвовать в процессе усмирения «охамевших ИСБ-шников». Судя по кое-каким недомолвкам, начала отрываться где-то еще и, вроде как, получила море удовольствия. Потом прилетела с Ляпишевым в Стрежевой и положила чуть ли не четверть ГБР, планировавшей захватить нас. Однако, выполняя обещание, данное Дмитрию Львовичу во время перелета, так никого и не убила. Так что изнывала от желания продолжить «веселье». Причем как можно жестче!

К концу монолога генерала я жаждал крови ничуть не меньше, чем она, поэтому не уследил за языком:

— Держитесь поближе к нам — и ваше желание исполнится!

Ермакова подобралась:

— Что вы имеете в виду?

— Один из бойцов досмотровой группы, искавшей нас на катере Геннадия Романовича, проговорился о том, что расследование уголовного дела о нашей причастности к деятельности секты Свободных вышло на финишную прямую.

— Они пытались вас захватить не только поэтому… — подал голос генерал. — Великий Князь Петр Александрович откуда-то узнал, сколько Искр второго ранга вы добыли за последние несколько месяцев, и взбесился. Какую именно задачу он поставил родственникам, я не знаю. Зато уверен, что сегодняшний просчет выйдет ему боком… уже в ближайшие дни. Ибо Цесаревич этого так не оставит…

— Кстати, а почему бы вам не поискать связи между этим отделом и Свободными? — неожиданно для самого себя спросил я. — Насколько я знаю, осенью они промышляли намного южнее. А тут перебрались на Мрачное, причем в район, на который «Авантюрист» и «Бродяга» обычно «наводились» сразу после выхода из устья Еланки!