— Максим, машина у него своя с личным водителем, — сказал в этот момент князь, будто прочитал мои мысли. — Входит в общий контракт. Так что о его мобильности не беспокойся.

— Хорошо, не буду, — улыбнулся я и посмотрел на Ершова. — Артем Ильич, а потом… Ну, когда вы устроитесь… Можно будет, чтобы вы мне про вертолет рассказали побольше?

— Само собой, Максим Александрович, — кивнул он. — Владелец, который не задает вопросов про собственный вертолет — это плохой владелец. Поверьте моему опыту. Так что все устроим — и знакомство с машиной, и первый полет. Вы только без меня внутри ничего не щелкайте, хорошо? Там настройки под меня. Лучше мы потом вместе с вами на кнопки понажимаем, которые вам понравятся.

— Хорошо, договорились, — пообещал я ему и в этот момент меня вдруг осенило. — А ваша жена? Вы с ней будет жить в Белозерске?

— Я вдовец, — спокойно ответил он. — Уже давно. Лет пятнадцать уже прошло. Дети взрослые, живут своим семьями, так что я весь ваш, Максим Александрович.

Почувствовав, что настал тот самый момент, когда пора оставить пилота наедине с Шубиным и вертолетом, мать громко хлопнула в ладоши:

— Все, дорогие гости! — воскликнула она. — На вертолет будем смотреть потом. Столы накрыты, блюда остывают, так что прошу всех к столу!

Как только она это сказала, небольшое волнение от всей этой ситуации мгновенно спало. Все почувствовали, что официальная часть, в которую входил первоначальный осмотр подарка и знакомство с пилотом, закончена. Теперь можно было спокойно праздновать, чем мы и занялись.

Шубины решили последовать примеру Ершова и от участия в праздничном обеде тактично отказались. Серафима Андреевна сказала, что она будет гораздо полезнее в качестве помощницы, а кусочек торта в честь праздничного события, она и потом съесть успеет.

Что касается Глеба Михайловича, то он сказал, что будет заниматься вертолетной площадкой и зеленью вокруг нее. В момент посадки вертолета некоторые кусты разлетелись в разные стороны, так что теперь там нужно было все привести в порядок.

В общем понятно, просто Шубины решили, что за общим столом с Нарышкиными для них не место. Впрочем, мы особо не настаивали. Дело ведь сугубо индивидуальное. К нам они уже привыкли, а к Нарышкиным нет. Зачем их заставлять сидеть за праздничным столом, если они будут чувствовать себя при этом некомфортно?

Стол был накрыт праздничной посудой, которую дед разрешал доставать лишь в исключительно торжественных случаях. Количество блюд было не сосчитать, и в нашем распоряжении даже оказалось два торта. Один приготовили для гостей мы с дедом, а другой Нарышкины привезли с собой.