Мы всё-таки спустились на нижний этаж. Здесь оказалось ещё тише, чем на предыдущем уровне. А вот свет горел не везде, освещая лишь лестницу и кусок ближайшего коридора. Всё остальное погрузилось во мрак. Интересный расклад! Чувствую, ждут меня великие дела. Как бы не обосраться ненароком! Мы были видны как на ладони, а они отсиживались во тьме. Словно в ночном лесу: возле костра видно всех, а в лесу никого. Ну ладно…

Я придержал евреев, а вперёд пустил Павлова, чтобы он путь указывал. Сам же пошёл за ним, но чуть сбоку и слева, а один из афганцев, наоборот, справа. Коридор шёл по прямой, однако чуть дальше немного брал вправо. Там-то и могли нас поджидать неприятности. Пришлось напрячь все свои чувства, не выдавая это гримасой лица. Шедший справа от Павлова афганец оглянулся на меня и получил знак быть наготове и идти осторожно.

Он кивнул и выставил перед собой давно снятый с предохранителя автомат. К бою готов! Я же, наоборот, убрал оружие за спину, чтобы не мешало мне метать гранаты. А то тяжело их таскать, а тут коридор так удачно изгибался. Конечно, веер осколков и рикошетов от них накроет всё вокруг. Да и сам звук взрыва всех оглушит. Но мне, честно говоря, было на всех наплевать. А свои уши, я постараюсь на время взрыва прикрыть.

Второй афганец тоже взял оружие наизготовку. Вдруг меня словно что-то остановило, и чисто по наитию я дотронулся до одной из дверей, потянув её ручку вниз. Дверь начала открываться, и я почувствовал, что за ней кто-то есть.

Поднял пистолет и, не зная, где конкретно прячется враг, начал просто палить внутрь без разбору. В ответ тут же раздалась короткая автоматная очередь, но я уже успел захлопнуть дверь. Благо та оказалась очень толстой и обшитой снаружи железом, потому, видимо, и выдержала прямые попадания пуль.

Не тратя времени на поиски выключателя, я стал стрелять по лампочкам. От прямых попаданий они на мгновения ярко вспыхивали и осыпались вихрем мелких осколков, теряя последние остатки своего огня вместе с разорванными нитями накаливания.

Вскоре коридор тоже полностью погрузился во мрак. Лишь возле лестницы сохранился небольшой островок света, скупо освещаемый парой лампочек. Ряды равнодушных дверей в длинном и широком коридоре теперь оказались за его пределами и терялись в черноте тьмы. Оба афганца настороженно поводили стволами автоматов, не зная, куда стрелять.

И тут из-за поворота появились… нет, даже не люди, а неясные тени! И, ни слова ни говоря, эти тени открыли по нам огонь. Молчуны, блин! Хоть бы крикнули: «Аллах Акбар!». Или там: «Смерть вам, демоны!». Суки, короче!