— Н-ц, не знаю, — произнесла Маша неуверенно. — У меня такое ощущение, что люди поголовно помешались на этом волновом разуме, и верят во всякие сказки.

— Сказки — это то, что ты рассказывала мне на ночь о прежней жизни. Если в них жить, то конец у них обязательно будет печальный, — Ника решительно отстранилась от матери и поправила на себе камуфляжный костюм, сшитый и покрашенный ею самой. — Пойду, надо ребят собрать. Всё будет хорошо.

Ника звонко чмокнула мать в щеку и убежала, чтобы не видеть ее слез. По дороге ей попался Анатолий, друг отца, с которым он выходил во «внешку» много раз. Выглядел он угрюмым, впрочем, как всегда.

— Здорова, принцесса, — Анатолий поздоровался первым.

— Здрасьте, дядь Толь, — Ника хотела проскочить мимо, но друг отца ее остановил.

— На дело? — спросил он, словно знал, что так и есть.

— Ну, да, папа кое-что рассказал, — назвала Ника обтекаемую причину выхода.

— Короче, принцесса, у меня для тебя кое-что есть, — Анатолий полез в карман и вынул оттуда какой-то предмет, завернутый в тряпицу. Он бережно развернул ее. Внутри оказался пистолет Макарова, блестящий от масла. — Возьми, мне он больше не нужен, а тебе пригодится.

У Ники разгорелись глаза. Она любила огнестрельное оружие. Его до сих пор было много, но стрелять из него было нечем. Патроны почти все были израсходованы на войны, закончившиеся лет десять назад. Те, что изредка находили, обычно для стрельбы не годились из-за сырого пороха, потерявшего способность воспламеняться от капсюля.

— В обойме пять патронов, — предупредил Анатолий. — Надеюсь, они еще рабочие. Бери, — он вложил Нике пистолет в руку. — Он помнит твоего отца молодым. Сберёг. Вытри только, чтобы грязь не липла.

Ника взяла пистолет в руку. Рукоятка удобно легла в ладонь. Ей нравилось это ощущение силы, сконцентрированное в железном предмете.

— Спасибо, дядь Толь. Я не ожидала.

— Не ожидала она, — буркнул по-стариковски он. — Я сам от себя не ожидал. Думал застрелиться из него до наступления маразма, но, походу, не успел.

Анатолий козырнул и пошел дальше, тяжело переставляя ноги. Ника постояла мгновение в раздумье, затем пошла дальше. Ее удивила осведомленность Анатолия насчет ее выхода. Обычно об этом никто не знал до самого последнего момента. Ника сообщала об этом руководству общины непосредственно перед выходом. Она решила, что кто-то из ребят проинформировал отцовского друга. За Анатолием и другими ветеранами закрепился статус почетных жителей. Молодежь равнялась на них, и могла доверить сведения о выходе из уважения. В этом не было ничего плохого, никакой утечки быть не могло. Барьер из кристаллов надежно отгораживал разошедшиеся эволюционные ветки человечества друг от друга.