— Ну доложили, и что теперь?
— Советую повременить и дать остыть эмоциям Его Величества. Не попадайтесь сейчас под горячую руку, рискуете получить приказ о возвращении в Петербург. Но император пообещал собрать большой семейный совет для рассмотрения вашей проблемы, и завтра или послезавтра даст ответ.
— А что мне делать сейчас?
— Готовить к вылетам новый самолёт. Если не ошибаюсь, у вас есть определённый запас новых машин?
— Есть, и уже готовят без моего приказа. Это стандартная ситуация, Николай Оттович, и не требует отдельных распоряжений.
Адмирал Эссен шумно втянул воздух носом и покачал головой:
— В таком случае хотя бы поспите пару-тройку часов. Такой запах, аж завидно становится.
— Подводники чаем напоили.
— Вот я про чай и говорю. Ступайте, Василий Иосифович, а с отцом свяжетесь завтра. Примите совет пожилого и много повидавшего человека.
— Спасибо, Николай Оттович, непременно прямо сейчас им и воспользуюсь.
Глава 11
Неожиданно для самого себя барон Анастас Иванович Микоян, миллионер, промышленник и известный меценат, именным указом императора Иосифа Первого стал председателем совета раввинов Российской Империи. Вот прямо сегодня утром два вооружённых фельдъегеря и принесли украшенную печатями и подписями бумагу. Заодно приглашение прибыть на Большой Семейный Совет в течение часа.
Первым делом Анастас Иванович попытался оспорить указ императора:
— Ваше Величество, ну какой из меня раввин? Увольте от такой милости.
— Замечательный из вас раввин, господин барон, — усмехнулся в усы Иосиф Первый.
— Но я армянин!
— А я в детстве думал, что Ереван и еврей это одно и то же слово, только произнесённое на разных языках. И подумайте сами, барон, неужели я могу доверить такой важный государственный пост еврею? Они же не поймут и станут смеяться.
— Думаете, в моём случае смеяться не станут?
— Наоборот, будут уважать как человека, занявшего высокий пост благодаря нужным связям и личному капиталу. Евреи таких любят, хотя и завидуют. Зато понесут взятки.
— В мои обязанности входит борьба с коррупцией среди раввинов? — удивился Микоян, почти смирившийся с назначением.
— Да зачем? Взятки берите, и после уплаты пятидесяти процентов в казну оставшимися деньгами распоряжайтесь по своему усмотрению. Хоть на весёлых девок потратьте, хоть на строительства синагоги на Южном полюсе. Вы в своём праве, барон.
Вот эта часть служебных обязанностей понравилась Анастасу Ивановичу больше всего, и он настолько осмелел, что спросил:
— А финансирование совета раввинов как пойдёт?
— Со стороны бюджета Империи никак не пойдёт, — ответил Иосиф Первый. — Даже наоборот, лицензия на деятельность этого совета будет стоить пятьдесят миллионов в год.