Его слова вызвали перешептывания в толпе, и многие подались назад, не желая быть причастными к этому. Образовалось широкое пустое пространство, а друзья, которых безуспешно пытались оттеснить пятившиеся аристократы, оказались практически в первых рядах.
Однако находились и те, кто не просто остался на месте, а начал потихоньку стекаться к князю.
— Ваш эгоизм послужил причиной войны с Республикой. Надеясь на слабость власти, они вторглись в земли Моревии, а за ними пришли дорнтальцы.
С каждой фразой толпа рядом со Славеном Зоричем становилась всё больше. К нему подтягивались как высшие аристократы, так и низшие. И если о первых юноша практически ничего не знал, то кое-кого из клановых он мог опознать по гербам на плечах.
К примеру, в рядах князя он заметил мужчину и женщину с жабрами на шее. Их одежду украшала эмблема с изображением бурой каракатицы с щупальцами-лезвиями, растущими из морды. Клан Бритвоморды собственной персоны.
Или, например, представителя Клана Челюстей, на что намекал герб с темно-синей акулой, у которой было две пасти.
— Это больше не может продолжаться. Моревия не должна быть под управлением регента вечно. Нас обязан вести легитимный правитель! — продолжал мужчина, а Зефир следил, как под знамёна князя один за другим примыкали новые союзники. В том числе Владимир Ведмедько из Медвежути, вставший в первых рядах, и… Джасна Огнева из Саблекота.
Рыжеволосая отделилась от основной массы и медленно прошествовала к оппозиции, а за ней деревянным шагом на негнущихся ногах шла Марика. На её лице застыло немое ошеломление, но перечить воле родительницы она не стала.
— Бойня Всемогущая, князь Золтан тоже… — ошарашенно выпалил кто-то рядом.
Вскоре площадка разделилась, расколовшись на два почти равных лагеря, и стало окончательно ясно: в Моревии началось самое настоящее восстание аристократии.
— Ваше Высочество, вы обязаны выйти замуж в ближайшее время за выбранную Королевским советом кандидатуру! — закончил свою речь Славен.
Глава 24
— И единственной кандидатурой будет, конечно же, твой сын, — раздался спокойный голос принцессы со сцены.
— Это решит совет, — уклонился от прямого ответа князь.
Ситуация со стороны казалась Зефиру несколько странной. Катарине было достаточно упомянуть, что в состоянии здоровья её брата — на минуточку, наследника престола — наметились улучшения, и у Славена не осталось бы аргументов. Однако красноволосая молчала об этом факте.
Что стояло за её поведением, командир доподлинно не знал. Но, скорее всего, она хотела вскрыть нарыв, а не лечить его припарками. Ведь декларируемые цели заговорщиков вряд ли были искренними. Просто князь Славен Зорич и остальные хотели власти, а шаткая политическая ситуация в стране должна была им её обеспечить.