Дэн лично парой плетений выкопал двенадцать могил у подножия живописного холма по другую сторону завала. Воздушная волна не тронула растительность на этой стороне, так что получился уютный садик. Перенеся девушек сюда, Дэн у изголовья каждой могилы посадил свежий росток акивы и подвязал его у воткнутого в землю меча.

— Женщины не должны умирать на войнах мужчин. — Ответил он на немой вопрос Фарлага, который как раз и принес лучшие из мечей, что остались на поле брани. В ответ орк только молча кивнул.

Все пленные собрались у кострища и тихо перешептывались. Когда же подошел Дэн все замолкли. Только шелестела листва и шуршал по траве мелкий дождь. Небо затянуло серой хмарью, что совершенно не свойственно этим широтам. Тут привычны краткосрочные ливни как из ведра, да и те чаще всего идут по ночам. Реже утром и вечером. Так что казалось, даже погода решила оплакать погибших.

Денис не знал местных ритуалов, да и не желал ничего говорить. Мертвым уже плевать, а живые все равно услышат то, что захотят слышать. Для них он страшный зверь от которого зависит сгорят ли трупы одни или же и им придется шагнуть в костер. Потому парень просто протянул к поленнице энергетический жгут и запитал его энергией. Дерево тут же обуглилось и заплясали язычки пламени, но ярость Дэна искала выхода и уже через минуту в небо устремился огромный столб огня, который закручивался в торнадо.

Пленники вынуждены были отскочить назад, а Дэна защищал его доспех. Дышать было трудно и кое-где уже припекало, но было в этом что-то очищающее и первобытное. Потому Денис продержался целую минут, прежде чем развернутся к костру спиной.

В стороне его уже ждала добыча и мялись живые пленники, что озадачились своей судьбой. Дэн осмотрел четыре массивных котла заполненных рунами и аккумуляторами из драгоценных камней, так что они напоминали сокровищницу леприкона и не меньшую кучу холодного оружия вперемешку с бытовой утварью. Дотащить все это до планера можно, но явно не за один заход и уж точно не на глазах этой публики.

— Вы все свободны! — Крикнул Дэн, едва вышел из пламени. Ветер и тяга все еще создавали завихрения огня вокруг него, а так как костер ревел не хуже турбины, ему пришлось поднять голос и усилить его магическим рупором. — Идите по домам и обнимите жен и детей. Ради них и тех двенадцати девочек, которых я похоронил.

Дэн грохотал и шел вперед, а жидкий строй бойцов пятился и втягивал головы.

— Запомните это место! Здесь вы перестали быть мужчинами. Вы выжили, а их бросили. И ваш «Великий господин»,- Дэн выделил саркастической интонацией последнее слово, — сбежал как трусливый цвер. Запомните эти двенадцать могил! А теперь бегите… быстро. Кто не успеет, тот сам виноват.