— Пф. Даже не сопротивлялся, — высокомерно произнес Казуки.

— Эй, народ, это что сейчас было? — смотрел он уже не ошалело, как-то неуверенно улыбаясь. — Блин, я ее реально на голову поставил!

— Уймись, Сергеич. В боевой обстановке… да что уж там, просто человек, который мне не доверяет, максимум дернулся бы в сторону этой жестянки. Все-таки я не мастер «голоса», — покачал я с сожалением головой.

— Да плевать! — воскликнул Святов. — Все равно круто. А в бою это точно не получится?

— Точно, точно. Да этому даже ты, доверяющий мне человек, сможешь сопротивляться. Быстро, без проблем и в мирной обстановке. Вот прям как сейчас.

— Слушай, шеф, — задумался он. — А этот твой навык развивать можно?

— Конечно, — пожал я плечами.

— А как? — задал он еще один вопрос.

— Я думаю, ты уже догадываешься как. И хочешь предложить свою кандидатуру.

— А что, нельзя? — спросил он осторожно.

— Ну почему же? Очень даже можно, — улыбнулся я в предвкушении.

— Э-э-э-м-м-м… так, может, с завтра…

— Сегодня, Сергеич, сейчас…

Я сидел на коленях с подложенной под ноги подушкой, прямой спиной и бесстрастным лицом. Комната, в которой я сейчас находился, была традиционного японского стиля, с выходом в сад поместья. Одет я был в строгое черное кимоно.

— Что ж, — произнес сидевший напротив меня старик. — В принципе мне будет достаточно его извинений. Само собой, обычным «прошу прощения» он не отделается. Мне нужны извинения по всем правилам. Я хочу видеть его раскаяние. Учитывая его поведение, когда он был полицейским, я хочу видеть с его стороны понимание всей той разницы в нашем с ним положении. — И задумчиво взмахнув пару раз веером, дополнил: — Мне не нужно унижение, ибо оно несет… несколько не то понимание.

— Уверен, Хэгури-сан, — поклонился я из положения сидя, — он уже давно понял это. И я передам ему, чтобы он уверил в этом и вас.

— Уж пусть постарается, Сакурай-кун, — кивнул старик.

— В таком случае, Хэгури-сан, не смею далее обременять вас своим присутствием. — Еще один поклон.

— Рад, что среди современной молодежи еще остались вежливые люди, — покивал старик.

Попробуй тут не быть вежливым. Имперский род Хэгури далеко не те, с кем можно фамильярничать.

Выезжая с территории поместья на своем «майбахе», я делал пометки в еженедельнике. Этот род был вторым в списке из тех, кого умудрился обидеть Накамура Гай. Первым я успел посетить род Суги, и там все сложилось чуть ли не проще, чем здесь. Даже с кое-какой прибылью. Глава рода Суги, когда я пришел к нему, даже не сразу вспомнил, о ком я веду речь, ему на это потребовалось секунд пять. А когда вспомнил, признался, что ему в принципе плевать на Накамуру. Он якобы уже наказан, поэтому я отделался чисто символическим откупом — пообещал заключить пару контрактов с Шидотэмору по вдвое сниженным расценкам. А учитывая рекламу самой Шидотэмору, я как бы даже в плюсе остался. Все-таки фирма простолюдина, работающая с аристократами, многого стоит.