Глянув на серьезные лица Святова и девушки, встряхнулся. Сейчас меня должно волновать совсем другое дело. Тоже очень важное.

— Что уставились, всё потом. Сейчас сконцентрируйтесь на этом деле. — Писк. И судя по датчику, у нас остались секунды. — Всё, народ, мне пора прятаться. Акеми, я даже и не знаю, как тут можно накосячить, но, пожалуйста, не делай этого.

— Все бы вам бедную женщину обижать, — проворчала она в ответ. Вот только я уже врубил «отвод глаз», так что ворчать ей пришлось в пустоту. Для нее, само собой.

Вышедшая на крышу парочка, представляла собой классический ум и мускул. Сверло выглядел как ботаник — задохлик пятидесяти лет, в очках и с заячьей губой. Одет он был в серый неприметный костюм и шляпу. Вроде как в молодости занимался боевыми искусствами, но бросил это дело, достигнув ранга Воин. Правда вот уже лет двадцать от него ничего, кроме «доспеха духа», никто и не видел.

Его спутник — Итагаки Сейджун по прозвищу Лесник — был как бы не более примечателен, чем его хозяин. Начнем с того, что он считается сильнейшим Ветераном во всем Гарагарахэби. Заметьте, не в гильдии Акеми, а во всей организации. Единственный, кто мог составить ему конкуренцию, был Мышь. Да, да, тот самый встреватель в неприятности из четверки Ветеранов женщины-босса. У них даже стихия была одна — Земля. Но, по словам все той же Акеми, Мышь все равно был объективно слабей. А Лесником этого типа прозвали потому, что он единственный во всем Токио, а может быть, и в стране, Ветеран, который умудряется творить технику «лес копий», относящуюся к рангу Учителя. В общем-то еще чуть-чуть, и он сможет сдать экзамен на новый ранг. А то, что он при всем этом является еще и качком, не просто крупным мужчиной, а конкретно накачанным, создает ему славу преданного тупого пса. А предан своему хозяину, по словам, а точнее, по документам Акеми, он был абсолютно. В тех же документах, кстати, говорится, что он довольно умен и имеет высшее юридическое образование. Чего по нему ну никак не скажешь.

— Ну, здравствуй, Заноза. Ох, и давненько же мы с тобой не виделись, — заговорил Сверло, выйдя на освещенный участок крыши.

— Пф, — фыркнула женщина. — С последнего ежегодного собрания.

— Три месяца — это немало. Как дела? У меня-то, как ты знаешь, не очень.

— Хм. Да вот не сильно лучше. От этой войны одни убытки. Не стоило Змею начинать ее. Пострадали все.

— Да-а-а? А мне казалось, что войну начал этот твой мальчик.

— Он просто бил в ответ. Все по понятиям. Бита совсем охренел, лезть к подобным людям, за что и поплатился. А вот Змею влезать, посылая к нему Гитариста, точно не стоило.