— Принято.
Святов бежал первым. Пока что единственным серьезным препятствием, которое мы встретили, был последний этаж небоскреба, да и то лишь потому, что у входа на лестничную клетку было достаточно пространства, чтобы там скопилось прилично народа. Святов почти всех покрошил, а остатки разогнал всего тремя техниками. Зачищать этаж мы не стали, ибо время дорого, но мне почему-то кажется, что идиотов, которые готовы преследовать монстра ранга Учитель, здесь немного. Впрочем, если подумать, то и людей на том этаже осталось не так чтобы до фига. Кого не зацепил Сергеич, того успел подстрелить я, так что там остались только те, кто находился в этот момент в дальних уголках этажа. Переборок и стен там, кстати, было немного, так что почти весь этаж был на виду.
Первый десяток этажей проскочили, не останавливаясь, просто потому, что нас никто не задерживал. На сорок втором попались какие-то отморозки в количестве пяти штук. Были убиты за три секунды. На тридцать пятом мы были обстреляны из глубины этажа. Правда, открытая дверь на лестничную клетку как бы намекала, что не все тут ладно, так что нас даже подловить не удалось. Просто Святов задержался на пару мгновений напротив двери, кинул туда пару техник да пошел дальше. А на тридцать третьем мы на несколько секунд задержались. Опять открытая дверь, и еще одно подозрение на засаду, только на этот раз никто по нам стрелять не стал. Заглянувший в дверной проем Святов хмыкнул, как и я чуть позже, предварительно просканировав пространство «обнаружением разума». Буквально в четырех метрах от двери, раскинув руки, валялся Лесник. Окровавленная рубашка и натекшая под ним кровь говорили о многом. И еще о большем умалчивали. Судя по отсутствию разрушений, Лесник даже не сопротивлялся. Вошел на этаж, прошел несколько метров, развернулся, снял «доспех духа», после чего в него несколько раз выстрелили. Интересно, лежащий у самой двери с простреленной головой Сверло умер до или после своего подручного? А-а-а, не важно. Однако отмечу, что рядом со Сверлом пистолет валялся, а рядом с Лесником нет. Получается, что он успел среагировать, а его подручный — нет? Бред какой-то.
— Пойдем, — сказал я Сергеичу, — что на них пялиться теперь-то?
Так и не получилось у Сверла выйти из этого конфликта.
Бойцы, заблокировавшие Акеми, нас ждали. Не знаю, на что они рассчитывали, но и уходить тоже не собирались. Трое сидели между тридцатым и тридцать первым этажом, этих я прям из-за спины Святова подстрелил, ему даже не пришлось техниками пользоваться. Так же поступили и с теми, кто сидел на тридцатом. Но тут Сергеич все же вступил в бой, добивая засевшего перед нами Ветерана. После чего я устроился у стены рядом с дверью, а Святов зашел на этаж. Крики, выстрелы, небольшие взрывы и даже отсюда слышимый свист ветра. Русскому потребовалось всего четыре минуты, чтобы выйти на лестничную клетку в сопровождении Акеми.