Я по привычке примостился у самого угла, но тут мне по плечу постучал Антипов.

— Скажи, парень, ты настолько круче нас стреляешь, что лезешь вперед? Потому что иначе это бессмысленно. А раз так, то отойди лучше на вторую линию. Начальник ты, в конце концов, или обычный боец?

Резонно. С его стороны. Он же не знает, на что способен ведьмак со штурмовой винтовкой в руках. И почему таких индивидуумов называют Разрушителями. Винтовка для меня вообще что-то вроде… м-м-м… классового оружия. Как меч и щит у танка, ножи у убийцы и лук у рейнджера. Те же Тени работают снайперкой, а Стиратели — пистолетами. Не то чтобы у нас есть какие-то особые умения для «своего» оружия, просто пользуемся им чаще всего.

Но Антипов этого знать не может.

— Как скажешь, — произнес я, пропуская одного из людей капитана и становясь у него за спиной.

Сам Кирилл Романович, кстати, пристроился рядом со мной во втором ряду. И еще двое стояли за нашими спинами. Вот Святов поднял руку — готовность ноль. Рука опускается, и из-за угла раздается шипение термитных зарядов, а по стенам гуляют всполохи света. Секунда, другая, и Сергеич срывается. Слышится грохот упавшей двери и звуки выстрелов. Причем особо выделяется что-то крупнокалиберное. Я уже давно просканировал пространство за дверью «обнаружением жизни» и «обнаружением разума», а результаты тихонечко передал Святову. Да и сейчас следил, как сгусток жизни, обозначающий моего офицера, мечется среди двенадцати других. А Стиратели эти сгустки еще и распознавать умудряются. Я же сейчас просто следил за тем, как гаснет то один, то другой огонек жизни. Причем не очень быстро, видимо, Сергеич все никак не мог забодать робота.

Но вот противники закончились, и Святов, совершив последний кульбит, замер. Звуки выстрелов, взрывов и грохот также прекратились. Отмерев, Сергеич направился куда-то вглубь помещения, видимо проверяя, есть ли еще противник. Я ему, конечно, назвал их численность, но не проверить он не мог. Я, собственно, так же поступил бы. Доверяй, но проверяй, как говорится. Причем в первую очередь себя.

— Всем циркулярно — в помещении чисто, — раздалось в наушнике.

— Пошли, что ль, — повернул я голову к Антипову.

— Вперед, — раздалось от него.

Знатно повеселился Святов. В помещении размером где-то в двадцать квадратных метров было разгромлено вообще все. Мебель, пара каких-то пультов, мониторы… стены, пол, потолок тоже неслабо пострадали. Также там присутствовали четыре двери. За одной — туалет с душем, за другой — койки, за третьей дверью — что-то вроде кабинета, совмещенного со спальней, а за четвертой — генераторное помещение.