С порога зала открывалась картина, наполненная элегантностью и комфортом. Просторные стены были оклеены тканевыми обоями с абстрактным узором. Визуально стену делили на части пилястры с растительным барельефом. Навощённый пол из наборного паркета сверкал под мягким светом двух хрустальных люстр, свисающих с потолка. Немногочисленные банкетки, обитые мягкими тканями, создавали уютные зоны для отдыха вдоль стен. По углам зала стояли изящные вазы с живыми цветами.

Сперва я провёл Оксану, превратившую лицо в неподвижную маску через самый центр толпы, демонстрируя наше прибытие. Покрутившись в центре, пораскланиваясь со смутно знакомыми и вовсе не знакомыми людьми, увидел у стены знакомую фигуру. Агата Гольц громоздилась у стены в одиночестве со стаканом виски в руке. Сморщив свою внушительную физиономию, она грозно взирала на трущуюся вокруг «молодёжь». Я устремился прямо к ней, рассекая толпу, как носорог, чьё плохое зрение не его проблема. Естественно, эта моя передислокация не осталась незамеченной. Чего я, собственно, и добивался.

— Приветствую вас, драгоценная госпожа Агата.

— Слушай, Олег. Мы же вроде договорились, что свои драгоценности ты можешь засунуть себе в жопу. Лизоблюдов и без тебя хватает, мой мальчик, — леди была сильно не в духе. Хотя при взгляде на Оксану её взгляд неожиданно потеплел. — Что это за прелестная молодая дева с тобой?

— Это моя аманта. Оксана Дмитриева, — Такое представление было заранее согласовано с девушкой. Аманта — официальная любовница. Временная спутница. Вполне уважаемый статус в Ожерелье, как оказалось. — Прошу любить и жаловать. Я, вот так и делаю.

— Непременно, мой мальчик, непременно. Откуда ты, прелестное дитя? Не припомню такой цветок на этой помойке.

— Качалка, драгоценная леди. Вот где настоящая мусорная куча. А здесь всё выглядит весьма… элегантно.

— Послушай, милочка, — Агата взяла Оксану под руку своими пухлыми пальчиками, — ко мне можешь обращаться по имени. Агата. Титулы меня утомляют. Я, знаешь ли, сама выросла в плебейской семье. Если бы не одарённость, хрен бы кто звал меня «драгоценной госпожой». И в клан взял. Это всё пустое.

— Я оставлю вас, Агата, ненадолго. Нужно представиться хозяйке. Оксана, ты со мной?

— Я бы лучше поговорила немного с леди Агатой, если она не против. А ты иди, дорогой.

Получив индульгенцию от своей девушки, я направился в правый, дальний от двери угол зала, в котором, судя по отдельному оформлению и бурлению людских потоков, и находилась хозяйка всего происходящего великолепия. По дороге кивнул поприветствовавшему меня чистильщику и раскланялся с парой младших лейтенантов ССФ, посетивших сие мероприятие в форме. Ребята меня явно узнали, я же, к своему стыду, знал их в лицо, но не по именам. Всех видел на награждении. Весьма пёстрая здесь компания собирается.