— Чего? — я шарахнулся в сторону, наткнувшись задницей на подоконник. Ее зрачки резко сузились, розовые искры залили всю радужку.

— Дырка, прямо здесь! Мозги наружу. — Она тонко захихикала, ткнув мне указательным пальцем в лоб. — Представление только для избранных… — С этими словами она потеряла сознание у меня на руках. Ну, зергский же зерг!

По идее я конечно мог ее уронить на пол и пойти дальше, по своим делам. Более того, я очень хотел так и сделать! Но со всех сторон ко мне повернулись хищные камеры коммов. Так что, сделав лицо тяпкой, я донес бессознательную синеволосую тушку до медпункта, на первом этаже. Представляю заголовки постов на личных страницах студентов! «Спасение или насилие, сразу и не сказать» или «Оглушил и тащит в пещеру», — и тому подобная чушь.

А сколько забавных «жаб» можно настрогать из этих изображений! Но, как говорит мой рекламщик Святослав: «Пусть что хотят пишут, главное, чтобы фамилию не путали!»

Оглушил и тащит в пещеру

Выйдя из кабинета лекарей я задумался. Я стал свидетелем предсказательного транса. Девочка настроилась на меня, судя по всему, хапнув мою ауру. Ну и выдала видение. Девчонка слабая пока, поэтому транс ее высосал, и был он неуправляемым. Это то ли предупреждение, то ли запугивание от одной из тварей астрала. Короче, я бы не обратил на ее слова особого внимания, но моя собственная чуйка, в момент транса просто орала благим матом. А это значит, что меня попытаются убить, причем, скорее всего, сегодня.

Надо Августовичу звонить.

И идти на практикум по математическому анализу. Вот уж что пропускать нельзя. Еще на первой лекции я, наконец, почувствовал себя полноценным тупицей. Сунулся в учебник самостоятельно и понял, что нужна пояснительная бригада.

Если Теормат был всего лишь теорией материалов, чтобы сдать его, нужно было вызубрить множество справочников. НУ и кое-какие формулы и понятия. Задачка на пару месяцев. Механика — наука об окружающем мире и объективных законах бытия, довольно простая и понятная дисциплина. По крайней мере, для меня никаких трудностей она не представляет. Но математический анализ… Это дисциплина, требующая совершенно иного, чем у меня, способа мышления. Поэтому пропускать практикумы по ней — вещь совершенно для меня непозволительная.

Вздохнув, я поглядел на часы. До занятия семь минут. А практикумы в другом корпусе. Ладно. Рассудив, что нападение в университетском парке не очень вероятно, я быстрым шагом, именуемым «спортивной ходьбой», выскочил в парк.

На ходу вызвал Ика.

— Так, обезьяна! Меня, кажется, сегодня могут подстрелить. Вот что тебе надо сделать!