— Вы что, в самом деле собрались завтра явиться на зачет? Хотите опозориться?

— Я не только собрался явиться завтра на зачет, господин доцент. Я собираюсь обратиться в деканат нашего факультета, с требованием, чтобы на досрочной сдаче зачета, помимо вас присутствовал их представитель.

— Вы думаете, присутствие «технаря» — слово технарь он произнес с нескрываемым снобизмом, — при сдаче гуманитарной дисциплины каким-то образом вам поможет? С какой стати вообще вмешивать деканат?

— Согласно Уставу Политехнического Университета, господин доцент. Пункт одиннадцать, три, тридцать два. Досрочная сдача непрофильного предмета курируется деканатом, во избежание коррупции среди преподавателей.

— Что за чушь? Какая еще коррупция? При чем здесь это? Как вы смеете вообще, Строгов делать такие намеки.

— Какие намеки, эр Ганнушкин. Я процитировал Устав учреждения, в котором вы служите, а я учусь. Вы обещали устроить досрочную сдачу зачета. Только что подтвердили условия мероприятия. Согласно уставу, на зачете должен присутствовать представитель деканата. Мне он нужен, как объективная сторона, которая сможет засвидетельствовать продемонстрированное мной знание этих, — я вновь показал том, — Ммм лекций, вашего авторства. — Сила! Я просто богически корректен! — Или вы хотите взять свои слова назад, потому что боитесь опозориться? — А это кто сказал? Зерг! Вот это было лишнее.

После звонка, и окончания цикла утренних лекций, у меня появилось сорок минут, на то, чтобы дойти до деканата и наваять там заявление о досрочной сдаче зачета по ИстМагу.

— Ну ты и тип, Вако, — заявила мне преградившая дорогу Марфа-Эммануэль. — Конфликтный ты какой-то. Неуживчивый.

— И это мне говорит девушка, которую выгнали с каждой вводной лекции. Студентка, получившая в первый день занятий три предупреждения? Тебя, кстати, почему не отчислили до сих пор? — Нарушил я данное самому себе обещание не общаться с этой зерганутой девицей. Впрочем, моя репутация складывалась лишь немногим лучше, чем ее.

— Я в отличие от тебя, лапочка, Вако! Просто они ко мне все придираются! Предупреждения утверждаются куратором группы, если ты не знал. У меня всего одно, пока, по концу прошлой недели. — с явной обидой в голосе произнесла синеволосая.

— Ну ничего новая неделя только начата. У тебя еще будет время разозлить новых людей, Марфа.

— Не называй меня так Вако! Ты делаешь мне больно!

— А ты задерживаешь меня, когда я тороплюсь. И не сказала свое сегодняшнее имя, кстати, так что сама виновата.

— Лицо в крови. — Она вдруг шагнула вперед и провела ладошкой по моим щекам.