Пронесло. Я пропустил остальных, подскочил к замершему у калитки Толику и потащил его к дому.

Тем временем моя группа сменила оружие на огнестрельное и залегла в пятнадцати метрах перед дверьми стоящих цепью бараков. Мы ждали группу Митрича, которая должна была ликвидировать стражей с другой стороны участка, а потом по лестнице перелезть через забор.

Я встряхнул как-то обмякшего лекаря, и тут в одном из окошек барака кто-то откинул шторку.

— Огонь! — крикнул Женя, и грянул залп. — Монстры!

Уже почти подбежавшие люди Митрича всё сделали правильно. Чтобы их оружие не вышло из строя, они оббежали пруд по дуге и сейчас попадали на землю и тоже принялись палить.

Я толкнул Толика, и мы с ним взбежали на крыльцо.

— Глеб, открой! — заорал лекарь и забарабанил кулаком в дверь. — Монстр из ямы проскочил! Щавеля зацепил! Открывай быстрее!!!

Внутри что-то загрохотало, будто кто-то навернулся с лестницы, а через несколько мгновений дверь распахнулась. За ней стоял и матюгался бородатый мужик в семейных трусах и с автоматом на плече. Он удивлённо посмотрел на меня, а потом лезвие меча пронзило его грудь, и он упал на пол.

— Эй, есть тут кто? Глебу плохо! — крикнул я.

Как и говорил лекарь, в доме больше никого не оказалось, зато в дверях своей комнаты появилась тётя Лена.

— Миша, ты⁈

— Да! Сидите у себя. Я скоро приду!

Я захлопнул дверь, толкнул Толика с крыльца и, заслоняясь им как щитом, пошёл в сторону бараков. Тем временем стрельба прекратилась, и бойцы ждали новой команды.

Я увидел за бочкой Женю и подошёл к нему.

— Ответной стрельбы не было, — сообщил он. — Стены тонкие, мы видели, как они мечутся внутри и падают. Но мог кто-то выжить.

— Понял.

Я снова толкнул дрожащего парня, подошёл немного ближе к баракам и встал рядом с наполненной водой чугунной ванной, чтобы в любом момент, если что, прыгнуть за неё.

— Эй, внутри! Говорит барон Жаров! Это земля моей семьи! У вас есть минута, чтобы выйти, потом мы поджигаем бараки!

— Мы сдаёмся! Не стреляйте! — крикнул кто-то.

Внутри что-то зашевелилось, дверь одного из вагончиков открылась, и оттуда вывалился бандит, держащийся за простреленное плечо. По счастью, никто не выстрелил, и вскоре ещё двое раненых сдались.

Я двинулся к баракам, но мне на плечо легла тяжёлая ладонь.

— Дай мне, барон. — Женя выставил обрез и шагнул к первому изрешечённому вагончику.

— А давайте лучше я? — Ещё более тяжёлая ладонь легла на плечо механику.

Владельцем внушительной лапищи оказался огромный лысый тридцатилетний мужик. Максим представил его как капитана Валерия Снегирёва.