– Да, пожалуй, ты прав. Идем, дамы.
И конечно же, мама сразу послушалась. Одна я, всеми силами противясь так популярному здесь стадному инстинкту, развернулась к Ризу и, повиснув у него на шее, принялась нашептывать:
– Не умри. Не смей. Не имеешь права. И помни: на кону не только твоя жизнь. В противном случае будь уверен: до того, как распрощаться со своей, я постараюсь убить как можно больше тех, кто окажется причастен к твоей гибели. Поэтому не вздумай, слышишь?
– Умеешь ты правильно простимулировать, – довольно раздалось в ответ одновременно с тем, как меня крепко прижали к себе за талию, уткнулись носом в шею и, шумно вдохнув, добавили: – Все будет хорошо, милая. Я люблю тебя.
– Я тебя тоже, – отозвалась и, нехотя разжав объятия, не оборачиваясь, поспешно отправилась прочь.
– До скорой встречи в шатре, Кияри! – раздалось самодовольно, когда я уже поднималась по лестнице на второй этаж, где находились трибуны и балкон.
Глянув вниз, обнаружила Мора. Тот оперся спиной о стену справа от выхода, который я, погруженная в невеселые мысли, не замечая никого и ничего вокруг, только что миновала. Согнув ногу в колене и скрестив руки на груди, мужчина смотрел прямо на меня в ожидании ответа, которого так и не удостоился. Слишком много чести! Тем более я для себя уже все решила. Лучше умереть, чем позволить этой скотине хоть пальцем к себе прикоснуться. Потому просто молча продолжила путь.
На балконе, учитывая, что нас было всего трое, оставалось еще достаточно свободных мест. Но мне не подошло ни одно. Русалка расселась ровно посередине первого ряда и уже даже каким-то освежающим напитком успела разжиться. Покосившись на сиденья рядом с мамой и представив, что начнется, если я там приземлюсь, вздохнула и отправилась к перилам. Села прямо на них, оперлась спиной о поддерживающую крышу колонну и принялась наблюдать за подготовкой мужчин к поединку.
– За что ты меня так ненавидишь? – неожиданно поинтересовалась Мирая.
– Сама-то как думаешь? – ответила вопросом на вопрос, и не думая быть вежливой.
Я даже оборачиваться не стала.
– Убила Юнка.
– Вот видишь. Ты сама все прекрасно знаешь.
– Этот парень предал тебя, продав, как вещь, на аукционе.
– Он лишь выполнял мой приказ.
– В таком случае нарушил мой, когда забрал тебя отсюда.
– Сбежать тоже было моей идеей. Так что, как ни крути, ты наказала не того. Истинная виновница перед тобой.
– Кияри, ты не перестаешь меня удивлять. А еще нарываешься. Может, хотя бы объяснишь, чего пытаешься этим добиться?
– Я больше не нуждаюсь в твоем покровительстве. Все, чего хочу, – чтобы ты оставила меня, а также всех тех, кто думает так же, как я, в покое и отпустила с миром.