Глава XVII. Наследники
Под одеялом было уютно и тепло, просыпаться совсем не хотелось. Что-то щекотало мне шею. Хотелось поспать еще чуть-чуть, и я попыталась отодвинуться, но отчего-то не получилось. Когда кто-то нежно погладил меня по животу, сознание стало просыпаться, и я вспомнила, где я и что произошло незадолго до того, как я без сил провалилась в сон. Яркие воспоминания разбудили меня даже лучше Тиральды, обычно врывавшейся по утрам в комнату. Открыв глаза, я обнаружила себя обнаженной. Рагонг обнимал меня и не без удовольствия разглядывал. — Не хотел, чтобы ты проснулась в одиночестве, но мне пора. Я смущенно подтянула одеяло к подбородку, хотя очевидно — смущаться было поздно. — Когда вернешься? — сонно пробормотала я. Отчаянно не хотелось, чтобы он уходил. — Вечером. Я опустила глаза на кровать, перепачканную кровью. Такое ощущение, что тут состоялась дуэль, ну или князь провел ночь не с одной, а с дюжиной девственниц. Князь перехватил мой взгляд и ухмыльнулся, явно думая о том же. Я вспомнила о его ране и непроизвольно потянулась к своей царапине на щеке, которая бесследно исчезла. Значит, он вылечил меня, пока я спала. Князь поднялся, и я с облегчением обнаружила, что и его рана уже затянулась. По всей его спальне — а он перенес нас именно сюда — валялись разбросанные и испачканные кровью вещи. Ранее белоснежное постельное белье местами было в светло-алых пятнах засохшей крови. Как после битвы, а не занятий любовью. Я села в кровати и стала наблюдать, как он быстро одевается. Отчего-то стало невыносимо беспокойно. — Расскажи, что происходит? Серьезность моего тона заставила Рагонга остановиться и сесть рядом. — Что ты хочешь знать? — спокойно спросил он. — Эруан собирает войско? — Поведение князя Минолы перешло все допустимые границы, я пытаюсь разобраться в его мотивах. — И поэтому к тебе приходила Нила? Рагонг кивнул и добавил: — Но ты не должна никому рассказывать, что видела ее здесь. — Она работает на тебя, — догадалась я. — Меньше знаешь — крепче спишь, — ответил Рагонг, улыбнулся и наклонился поцеловать меня. Сама не знаю почему, но я вцепилась в него, подталкиваемая дурным предчувствием. Было страшно его потерять, и я никак не могла отделаться от этих мыслей. Как будто прочитав их — хотя, возможно, так и было, — он нежно обнял и притянул меня к себе, отчего одеяло сползло вниз. — Ами, я не на войну ухожу. Вернусь вечером и надеюсь найти тебя прямо здесь. — С этими словами он повалил меня на постель, поцеловал в шею и шепнул на ухо: — Хотя до вечера еще далеко,