— Пытались, — хмуро отвечает Игорь, прочитав текст. — Потому я…

Он касается своего уха, а я все пытаюсь понять — передо мной еще обычный человек или уже сверходаренный? Эмоций на его лице немного, но все же это не застывшая маска. Для оглушения, даже через шлем, могло хватить и обычного телекинеза…

— Я представляю службу, которая расследует эти похищения. Пришел к вам один, потому что мы не знали, чего от вас ожидать. Мы боялись вас.

— Вы боялись? — Кира начинает истерически смеяться, тут же заходится в кашле, но продолжает отрывисто говорить: — Вы? Боялись? Нас? Полуживых пленников из подвала? Серьезно?

Ну вообще-то это у меня руки скручены проволокой, а не у нее, так что почему бы мне и не бояться…

Игорь смотрит на девушку укоризненно, и она тут же снова хватается за блокнот. Врач склоняется к ней, поправляет сбившееся одеяло у нее на плечах. Жест почти машинальный. Передо мной — нормальный человек, никакой не психопат.

— Меня отправили на разведку, потому что у меня особенный Дар, — это не совсем так, но для простоты объяснения сойдет. — На меня не действуют другие Дары. Вы можете это проверить, попробовать воздействовать на меня. Только, пожалуйста, не кирпичом в этот раз. Меня не берет только непосредственно Дар, а кирпич — это уже чистая физика.

Игорь читает, кивает и вытягивает ко мне руку; вообще-то жесты для применения Дара не нужны, это ж не магия, но многим проще вот так. Ожидаемо не происходит ничего. Игорь сводит брови — задумался. Развиваю достигнутый успех:

— Вот поэтому я здесь один. Чтобы договориться с вами. Убедиться, что вы не опасны. Помощь рядом — достаточно дать сигнал. Там и врачи, и лекарства, и транспорт.

Кира кашляет так, что сгибается пополам. Игорь смотрит на меня в упор, и лицо его снова ничего не выражает. Черт возьми, измененный он или нет? Так, что там Алия говорила про триггеры? Кира снова берется за блокнот, хотя руки у нее ощутимо дрожат.

— Игорь, Кира, нам нужна ваша помощь. Ваши показания помогут найти того или тех, кто похищает людей. Освободить их, спасти — таких же, как вы, понимаете? И не только похищенных. Каждый раз, когда кто-то вырывается на волю, гибнут люди. Вы поможете избежать большой беды.

Игорь прикладывает на миг руку к глазам, чуть пошатывается. От усталости он едва стоит на ногах.

— В крайнем случае — что вы теряете? Если поймете, что я вам соврал, у вас всегда будет под рукой кирпич. Он-то на меня действует.

Игорь читает текст, и впервые я вижу, как он скупо улыбается краешком губ. Ну точно — он все еще нормальный человек…