Беру Яковлеву в фокус. Нет, она точно пришла сюда не ко мне. И не сниматься. Та категория девушек мне хорошо знакома. Эти барышни приходят сюда не потеть. А вот с Эллы пот стекал в три ручья, о чем свидетельствует характерное пятно на топе.
— Как хорошо, что вы знакомы! — восторгается Колян. Перевожу удивленный взгляд на дочь. Как-то я не замечал за ней раньше попыток меня с кем-нибудь познакомить.
— Правда? — с сомнением бормочу я.
— Оф кос! Теперь ты не будешь ругаться, что меня угостила незнакомая тетя, — очаровательно улыбнувшись, мой маленький демон прикладывается к коктейльной трубочке и шумно втягивает в себя остатки коктейля.
Элла закусывает сочную губу, чтобы не засмеяться. Рот у нее совершенно неприличный, как и все в ней.
— Надеюсь, я не перебила тебе аппетит. Не хочу, чтобы твоя мама расстроилась.
Людоедочка еще не успевает договорить, а я уже плотнее сжимаю челюсти.
— Ей все равно. У нее будет новый бейбик. На Гавайях.
Неприличный рот Эллы округляется. Она молчит, но я готов поклясться, что слышу: «Вот же сука!». И почему-то это такое искреннее неприкрытое возмущение умножает на ноль мой напряг.
Сука — она и есть. Я про Наташку. Сначала завела роман по переписке, пока я крутился как белка в колесе, чтобы у них с Николь все было. Потом вообще свинтила, прихватив мою дочь… Сколько я судов выиграл! Сколько нервов себе сжег! А дочь вернул, лишь когда Натаха с ней наигралась и решила завести себе новую ляльку от американского мужа. С таким же успехом я мог вообще не судиться, а тупо подождать. Но я был гораздо лучшего мнения о своей бывшей, чего уж…
Ладно. Это все лирика. Что мне делать с Николь? Это же ненормально, что ребенок в шесть лет своим умом пришел к выводу, что не нужен собственной матери. Или, учитывая поведение последней, все, в общем-то, логично?
— …да и не перебила я ничего, — как ни в чем не бывало продолжает Колян.
— Может, тогда поедим пиццы? — неуверенно предлагает Элла. — Здесь внизу вроде было кафе.
— А что, вашему сыну ничего больше не угрожает? — хмурюсь я, подловив людоедочку. Жестоко? Может быть. Равно как и пытаться добраться до меня через дочку.
— Он в бассейне на первом этаже! — парирует эта зараза. Я не знаю, что ей ответить, хорошо, мне на помощь приходит Николь.
— Нет. Пиццу не хочу. Она у меня уже в печеньках сидит.
— В печёнках, — со смехом поправляю дочь.
— Все всухомятку… Каждый божий день одно и то же, — продолжает она, отмахнувшись от моих исправлений.
— Что ж вы, Макар Иванович, ребенка пиццами травите? Николь, а хочешь борща?
Глава 3