— Значит, чем-то мы действительно отличаемся от прочих рас, — пожимает плечами император. — Например, тем, что среди наших детей рождается очень много псиоников.

— Вот именно! — поднимает палец Клио. — Я считаю, что именно этим мы привлекли внимание. Наше ненормальное долголетие объясняется уникальной регенерацией, то есть подавляющее большинство является псиониками. Причем, многие владеют и другими предрасположенностями.

— Считаешь, что они потребуют откупиться свободой и жизнями наших подданных, которых сделают солдатами своей армии?

— Ничего другого придумать не могу. Мы всегда держались особняком и не лезли в международные конфликты, но теперь может оказаться так, что Юнион Дарк выпьет из нас все соки, если мы не дадим яростный отпор. Мы ведь тоже сильны!

— Дельта-гир не поможет нам победить их корабли и пушки.

— У нас тоже есть флот и армии. И нам необязательно быть одними в этой борьбе. Что ты думаешь о Сакрамене?

Даэлир бросает взгляд на дочь и понимает, к чему она подводит. Клио умна и компетентна, и при этом дорожит эльфийской гордостью. Но она все же едва перевалила за второй век и еще не до конца избавилась от порывов молодости, когда действительно очень трудно искать компромиссы и гораздо привлекательнее встать в позу.

После первого тысячелетия совсем по-другому начинаешь смотреть на жизнь, особенно после того, как Лерия едва смогла справиться с тяжелой врожденной болезнью и даже родить новых детей. Сейчас благополучие народа на первом месте, а не гордость.

— Сакрамен далеко, а вот корабли Юнион Дарка уже висят над нами. Если мы заключим союз с клириками Акалира, то тем самым лишь спровоцируем нападение.

— Можно сделать тайно…

— Шпионы Юнион Дарка все равно разнюхают. Мы не можем рисковать. К тому же нет гарантий, что Сакрамен сам не попросит от нас что-либо.

— А как иначе? — чуть повышает голос Клио. — Всегда придется чем-то пожертвовать. Я, конечно, должна была сначала согласовать это с тобой, но уже связалась с Сакраменом. Бросила удочку, и мне ответили.

— И что сообщили? — устало спрашивает отец, не имея желания сейчас ругать слишком самостоятельную дочь, которую сам научил быть активной и волевой.

— То, что Юнион Дарк собирается сделать рабами всё население нашей империи. Пока неясно, для каких именно целей, но очевидно, что союза никакого точно не будет. Либо мы склоним голову, либо её сложим.

— Сакрамен только рад сгустить краски, чтобы мы встали на их сторону. А они предложили свою поддержку в потенциальной войне?

— Нет, они ответили, что это пока что будет невозможно, — брови Клио чуть хмурятся.