Вода испаряется и сменяется дымом, а они оказываются в тесном помещении со слабым освещением. Металлические стены и пол холодны на ощупь, и Даэлир удивляется тому, насколько всё стало реалистично. Эльф сдергивает с койки одеяло и накидывать на дрожащую Кави. Халфлинг не может успокоиться, так что эльфу приходится обнять.
Постепенно сознание Кави понимает значение жеста и осознает, что сон изменился. С этим возвращается возможность рационального мышления, ведь техника позволяет вытащить в осознанный сон даже того, в чей разум ты влез. Примерно также поступил грандмастер Сноходцев, когда пригласил обучиться техникам сразу в мире грез.
— Кошмар? Что происходит? Где мы? — Кави оглядывается по сторонам, не узнавая окружения.
Эльф и сам не знает точно, а потом помещение вздрагивает, а динамики в комнате передают приказы личному составу. Теперь удается вспомнить, какое событие воплотил кошмар.
— Это крейсер Юнион Дарка, который подвергся нападению Сакрамена близ Финбаха-14. Это случилось на семнадцатый год после начала их войны. Я тогда уже был пилотом боевой машины и находился на борту. И да, это всё не взаправду, хоть и выглядит реалистично. Мы находимся в осознанном сне. И нам нужно серьезно поговорить.
Глава 19
Снова в каюте звучит сигнал тревоги, приказывающий срочно бежать к месту сбора для получения обмундирования и оружия. Но это просто сон, хоть и с трудом отличимый от реальности. Кави немного успокоилась и даже кажется заторможенной.
Осознанный сон не равен бодрствующему состоянию, как предупредил грандмастер Сноходцев. В таком состоянии человек может разговаривать, понимать собеседника, обращаться к воспоминаниям, но вместе с тем становится куда податливее, чем это будет при реальном разговоре.
— Нам можно отсюда не выходить, — произносит эльф и закрывает внутренний замок в каюту. От лязга девушка вздрагивает.
— Что мы здесь делаем? О чем ты хочешь поговорить?
Одиннадцатый не успевает ответить, так как возникает вспышка боли, словно длинную стальную иглу воткнули в висок со всего маху. Можно догадаться, что Фараним Геттер начал операцию и запустил трансмиссию боли. Сейчас боль должна передаваться эльфу, чтобы халфлинг её не испытывала.
Как именно работает эта технология, Кошмару трудно сказать, но видно, что не вся боль переходит к нему, так как Кави тоже начинает массировать виски, чувствуя нарастающую головную боль.
— Может быть больно. Это требуется, чтобы помочь тебе, — говорит эльф.
— Поняла, — девушка кивает и старается отвлечься от боли, но вдруг приходит вторая волна, которая проносится полями вонзившихся стальных игл по всему телу. Эльф и полурослица дергаются одновременно, но постепенно Кави оправляется от шока и вновь поднимает глаза на Кошмара, который плотно сжал челюсти, а лицо застыло маской.