— Значит, ты действительно объединился с выходцем из Фуримара? — негромко спрашивает Инай Кул. — Будь осторожен с мета-кристаллами такого размера. Если что-то пойдет не так, то он может взорваться.

Одиннадцатый лишь пожимает плечами. Ему уже и так известно, что такие вещи могут быть очень опасными. В подземельях Трибун-Дора разбился куда меньший по размерам мета-кристалл, после чего тело эльфа превратилось в песок. И если бы не помощь собственного отделенного сознания в области мета-экзиста, то вернуться бы не вышло.

— Спасибо, что отогнал Параллакса. У нас все-таки есть общий враг, — продолжает тянуть время Кошмар.

— Я просто разрушил судно, которое проецировало его образ из мета-экзиста. Самого Параллакса так не уничтожить, а его слабый образ не идет ни в какое сравнение с тем, что представляет из себя настоящий матричный бог, — произносит Великий Грандмастер, в руке которого крепко сжата алебарда. — И не уходи от темы. Я в последний раз предлагаю пойти со мной без сопротивления. Я еще не демонстрировал, что могу с поддержкой Коллегии Аэров.

— Как и я.

— Ты мне сразу понравился, и я очень не хочу тебе вредить. Прошу, отправься со мной к императрице Миэне и передай ей Транзит-Кор. Это оружие необходимо нам для того, чтобы остановить продвижение Царства Параллакса. Может даже, ты станешь верным солдатом Восточного Горизонта. Как я слышал, императрица справедлива.

— Ты не понимаешь, Инай, — качает головой Трибун Молний. — Это будущее для меня невозможно. И ты даже не представляешь, с кем говоришь.

— Так просвети меня.

Кошмар улыбается и произносит:

— Даэлир Проклятый. Последний император Восточного Горизонта.

Глаза псионика замечают несказанное удивление на лице собеседника, который услышал что-то невозможное. Инай Кул даже ничего не может сказать, лишь продолжает смотреть на Одиннадцатого в ожидании слов о шутке. Но нет, это не шутка, и Великий Грандмастер это очень быстро понимает.

— Но он ведь погиб пять тысяч лет назад… Так вот почему первый пришедший приказ был о твоем устранении, — шепчет эльф, водя глазами из стороны в сторону. Сейчас в его разуме скачут мысли, а их следы образуют цепочки размышлений. Теперь многое встанет на свои места.

— Да, императрица Миэна — моя дочь, которая искренне ненавидит отца. Я бы согласился принять какое угодно наказание, если бы оно могло что-то изменить, но это невозможно, — продолжает Даэлир. — Однажды я уже пошел на поводу своих слабостей, но теперь я сделаю всё по-другому. Я намерен забрать у Восточного Горизонта корону тёмного властительства. Теперь ты можешь перейти к выполнению приказа.