— И что теперь? — почти шепотом спрашивает Альви. — Нам нужно готовиться к возобновлению войны с ними?

— Стоит быть готовыми ко всему, — это единственный совет, который эльф сейчас может дать, несмотря на его очевидность.

Военный совет на конях продолжался до вечера, когда войско остановилось на ночь. Над головами разыгралась буря, и полился холодный дождь, так что пришлось замедлиться, а потом и вовсе остановиться, так как многие телеги попали в грязевые ловушки.

Трибун Молний шагает сквозь дождь по направлению к шатру, что разбили для него, и когда входит в него, неожиданно оказывается в крепких объятиях. Было нетрудно догадаться, что это Кави напрыгнула из темноты, но роста ей хватает только на то, что обхватить талию.

— Привет, а я уже думал, где ты можешь находиться, — спокойно говорит эльф, пытаясь адаптироваться к темноте. — Почему свечи не зажгла?

Но халфлинг не отвечает, орошая слезами одежду эльфа.

— Чего случилось?

— Просто… Просто рада, что ты вернулся из того проклятого города. Как же хорошо, что предсказание Альви не сбылось, — девушка вытирает глаза и отходит от эльфа.

«На самом деле сбылось на все сто процентов, просто дальнейшего исхода она не увидела», — думает Даэлир, но говорить об этом не будет. Подходит к столу и замечает свечи, после чего хватает мимолетной мысли, чтобы огонь возник одновременно на всех. В шатре сразу становится светлее и уютнее, несмотря на барабанящий по крыше дождь.

— А потом такой ужас случился, когда день превратился в ночь, — продолжает рассказывать Кави. — Словно из ниоткуда появились демоны, а одна огромная тварь в самом начале пролетела над нами и сбросила магические бомбы. Погибло так много людей…

— Извини, это моих рук дело, — эльф устало убирает винтовку и посох, а после садится на кресло.

— В каком смысле? Ты открыл врата в мир демонов? — невысоклица отвлекается от переживаний.

— Да, имел неосторожность, — кивает Даэлир, а голову вновь затапливают неприятные картины вернувшейся памяти. В прошлом он действительно не справился с кризисом и чуть не свихнулся. Это моментально вызвало припадок, в котором он воплотил собственный кошмар в реальный мир, создав Пограничье.

Усилием воли Кошмар берет чувства под контроль. Ему все равно некому изливать душу, так как никто здесь не поймет того, что такое Восточный Горизонт или Юнион Дарк. Все без понятия, что такое мета-экзист и чем опасен Параллакс. Зато он может поддержать Кави, для которой воспоминание о сегодняшнем дне останется ярким на всю оставшуюся жизнь.

— Не волнуйся, что-нибудь придумаем, — Кошмар встает и садится уже рядом с халфлингом на походной кровати.