— Ты это, не груби, Иваныч, — долив опять до краёв, произнёс я, после чего сам взял стакан. — Ну что, за встречу, Убивец, который ужасному мне помог целый мир уничтожить?

— Ну и поделом этому миру, — чокаясь стаканом, произнёс Старый и поморщился. — Он погиб, а люди остались прежними. Ты знаешь, что мне пришлось пережить с момента появления на этом Осколке?

— Догадываюсь. Как и догадываюсь о том, что никто из твоих обидчиков, а также тех, кто думал покуситься на Цветочек, долго не прожили, — я вновь полез в рюкзак и достал пару свёртков с любовно приготовленными Кнопкой бутербродами. Один отдал старику, а второй протянул Цветочку. — Бери, бери, они не отравленные. Их же не твой дед готовил.

— Вот за что всегда уважал тебя, Николай, так это за тактичность, — усмехнулся Иваныч и взглянул на правнучку. — Да возьми ты этот бутерброд и жуй, Лиля. Калории тебе не помешают. А то вон, как отощала за эти дни…

На счёт последней фразы я бы мог и поспорить, но не стал. Старик определённо врубил режим «заботливый дедуля» на всю катушку.

— Ты… Ты такой же, как он… Ты помогал ему… и ты убил всех в лагере… Ты их отравил… — глаза девицы заблестели, и казалось, что она вот-вот расплачется. Плакса, но не дура. Вроде бы…

— Отравил, — не стал отрицать Иваныч. — А ты в курсе, что вся эта гоп-бригада планировала с тобой сделать? Даже твой любимый Мишенька?

— Вас сколько изначально-то было? — поинтересовался я, так и не дождавшись, что у меня из руки заберут бутерброд. Пришлось самому его кусать.

— Да под сотню. Женщины, мужчины — всех поровну. И вроде даже поначалу казалось, что община неплохая собралась, — старик вновь потянулся к кружке. — Вот только потом люди стали пропадать. Поначалу сваливали всё на заражённых. Только потом тело одно изуродованное нашли. А потом другое. Их тоже на зомби списали, но я-то знаю, КАК монстрики людей рвут…

— Пропавшие были из тех, кто хотел на самый верх? — предположил я самую очевидную вещь.

— Ага, идиоты… Впрочем, и Франклин, тип, что с самого начала заявил себя как лидера, умом не блистал, — хмыкнул Иваныч. — После первых трупов последовали и другие. В конце концов, даже самые глупые из оставшихся сообразили, что дело не в зомби. Главарь той группы, к которой мы с внучкой прибились, ко мне прислушивался. Правда, до поры до времени. Пока обстановка в лагере не накалилась до предела.

Старик молча покачал стаканом, однако, когда я уже собрался вновь налить, он накрыл его ладонью.

— После ночной резни нас осталось всего пятнадцать. Через неделю стало девятеро. Где из-за драк, где действительно из-за неудачных вылазок. И моего авторитета стало не хватать, чтобы обеспечить защиту правнучки, — лицо Иваныча на мгновение исказила злость. — А четверо суток назад, когда они думали, что я заснул и ничего не слышу, оставшаяся семёрка мужчин принялись делить между собой Лилю. И даже твой Миша лишь поддакнул, когда тебя решил взять себе тот чернявый хмырь.