Однако смельчаков среди бывших рабов не нашлось, так что, ещё раз поинтересовавшись, нет ли желающих переселиться на мой Аллод и, не услышав ответов, я прикоснулся к кристаллу и запустил таймер поглощения.

Прощаться с ушастыми я не стал, ибо даже сейчас, когда казалось, что уже всё и так понятно и зла я им не желаю, нет-нет да ловил на себе испуганные взгляды.

Так что, махнув рукой, отправился обратно, выкидывая из головы мысли об очередной порции разумных, решивших добровольно сдаться.

Поглощение произошло без каких-либо приключений, и едва таймер отсчитал последние секунды, как мне прилетели сообщения.

В первом, стандартном, сообщалось о прибавке энергии, а вот второе одновременно порадовало и в то же время огорчило.

Порадовало тем, что репутацию с эльфами мне действительно повысили. Вот только на каких-то жалких две единицы.

Я-то надеялся, что за две сотни, ну ладно чуть меньше, этой самой репутации, как отсыплют! А здесь…

Впрочем, освобождение ушастых было лишь приятным бонусом, так что сильно расстраиваться я не спешил, решив, что столкновение с орками можно считать удачным.

Хотя, что ещё меня порадовало и одновременно озадачило, так это то, что Система не открыла у меня счётчик убийств, хотя технически это я спровоцировал орков, после чего поглотил Осколок.

Однако, возможно, здесь сыграло то, что Система успела «закрепить» Осколок за эльфами, а те ушли добровольно? Мысль интересная и дающая определённые возможности.

Тем не менее в ближайшее время мне это вряд ли удастся проверить.

Как я уже говорил, кристаллов на возведение арены мне не хватало совсем немного. Да и было бы неплохо, наконец, улучшить берлогу Обморока. А это тоже требовало этих магических камней.

Так что следующим пунктом назначения у меня значился фиолетовый Осколок. Тем более что он был в том же направлении, в котором нас вёл компас Сорита. И даже лишние «километры» наворачивать не придётся. В общем, сплошные плюсы и никаких минусов. Наверное…

* * *

Аллод Шарова

Сто восемьдесят первый день проекта

— А у вас здесь не так мрачно, как могло показаться, Николай Максимович, — произнёс Сычёв Даниил Михайлович, следуя по коридорам охранной башни и то и дело натыкаясь на снующих туда-сюда гоблинов.

— К вашему приезду постарались, Даниил Михайлович. Обычно у нас все грустные и злые ходят. Прошу, — я указал на одну из дверей, которую перед нами услужливо распахнул Клещ, внешним видом ничем не отличающийся от других коротышек.

Выделенное для неожиданных переговоров помещение к нашему появлению подготовили, протерев от вечно витающего в воздухе лавового гекса пепла и поставив в центре комнатки стол с двумя стульями.