Глава 19
Аллод Шарова
Сто восемьдесят четвёртый день проекта
Естественно, ни на какую встречу я не полетел. Я же не идиот, чтобы верить обещаниям первого встречного, пусть и отмеченного Системой.
И уж тем более я не собирался верить Скрипникову. Не тот это человек, чтобы делиться властью.
Нет, в том, что будет какой-то договор, если Костя действительно создаёт альянс людей, я даже не сомневался. Вот только условия там будут далеки от справедливых.
Костик — человек хоть и тщеславный, но умный и никому не даст ни малейшего шанса сместить себя с трона.
Однако больше всего меня напрягали слова Сычёва по поводу контроля за выполнением договора со стороны Системы.
Я как-то рассчитывал, что едва гонка закончится и Земля вновь станет целой, то Система, эта хитрая тварь, свалит куда подальше и оставит людей в покое. По-хорошему было бы вообще заблокировать возможность повторного появления Системы когда-либо.
Однако идея Скрипникова с договором, скреплённым Системой, автоматически давала ей лазейку в новый чудный мир.
И как бы ни вышло потом, что на новой Земле, естественно, сами собой вновь не объявились заражённые, вслед за которыми придут монстры.
— И вперёд по новой… Тьфу, чур меня… — пробормотал я, недовольно морщась от того, что мысли о договоре и Скрипникове вновь отвлекают меня от дел насущных.
— Вы что-то сказали, Николай? — тихонько спросила взволнованная Тори, сидевшая в лодке на соседней скамье.
Одетая в лёгкую серебристую броню, изготовленную из рыбьей кожи, девушка сопровождала меня в сегодняшней вылазке на фиолетовый Осколок.
— День, говорю, сегодня хороший, не находишь? — опустошая голову от лишнего, произнёс я и бросил взгляд за борт. В прозрачной воде виднелись силуэты сопровождавших нас жаболюдов. — Самое то для прогулок.
— Да? Не знаю, вам виднее, — неуверенно пожала плечами Тори. Жаболюдке явно было неуютно. Впрочем, на то были причины.
Во-первых, это была вторая попытка захода на фиолетовый Осколок.
В прошлый раз неведомая хрень из каменного леса попросту проглотила отряд крыс-разведчиков, выплюнув обратно лишь одного, покрытого ужасными ранами офицера-крысюка.
Из его неразборчивого бормотания стало понятно, что где-то в глубине леса находится целая поляна из хрустальных деревьев, с которых гроздьями свисали странные светящиеся камешки.
Вот только внятных объяснений, что же сгубило целую стаю крыс, добиться от выжившего не вышло. Тот лишь мог вспомнить странный свист, после чего члены его стаи начали умирать.
Наверное, и крысюк-командир бы помер, однако инстинкты толкали младших особей стаи на защиту командира. Они буквально укрыли его клубком из собственных тел и вытолкали за пределы опасной зоны.