Хотя вернее будет заменить таз на крышку гроба, так как к тому моменту, когда ударный кулак эльфов подоспел и смог остановить захватчиков, те умудрились подступить чуть ли не к самому городу, изрядно проредив и без того редкие ряды защитников.

Неимоверными усилиями ушастые всё же сумели отогнать людей, которые, наверное, и сами офигели от подобной удачи и особо за территорию не цеплялись. Лишь постарались уйти, оставив как можно меньше трупов своих бойцов.

И вот теперь на хабе воцарилась напряжённая тишина. Люди сидели на своих Аллодах и в крепостях тихо, видимо, восстанавливая численность армии, эльфы же зализывали раны и морально готовились к отбытию на перерождение.

Ведь даже такому идиоту, как Арсон с прихвостнями, было понятно, что второй такой атаки им не пережить.

Так что даже неудивительно, что моё неожиданное появление изрядно взбудоражило совет ушастых, и спустя несколько часов после того, как я разослал разведчиков, с ними пересеклись эльфы и сообщили, что со мной желает лично переговорить Старейшина. Чем мы, собственно, сейчас и занимались.

— О том, что случилось, можно долго говорить, но, боюсь, времени у нас осталось не так много, — поднял руку эльф, останавливая молчаливый ропот сопровождающих. — Уважаемый демиург, у нас в городе остались в основном женщины и старики, всех, кого можно, мы уже вооружили и выставили на стенах. И как только защитники погибнут, некому будет оберегать мирное население.

— Учитывая, что все другие Аллоды, кроме моего, окрашены в красный, я бы сильно не рассчитывал на милость захватчиков, — не стал я обнадёживать старейшину. — Так что вместо того, чтобы терять время, шли бы прощаться с близкими и молить Систему и своих богов, чтобы они позволили вам переродиться где-нибудь вместе.

— Мы не боимся смерти, — заявил старейшина, обведя рукой своих воинов.

Звучало это как-то слишком пафосно, да и выражение лиц у части сопровождающих совершенно не соответствовало заявленному. Впрочем, прерывать эльфа я не стал.

— … Но наши близкие и родные… Они не столь сильны духом. И даже понимание того, что они могут возродиться, не делает их сильнее, — продолжил старейшина. — Они умрут, и вместе с этим безвозвратно исчезнет частичка их души. А если это будет та самая часть, что связывает их с Древом?

Толпа ушастых, которым, по-хорошему бы, сейчас леса патрулировать да новобранцев обучать, осуждающе-одобрительно загудела. Естественно, одобрительно в сторону старейшины и осуждающе в мою.

— И каковы ваши предложения? — поинтересовался я.

Не то чтобы мне было какое-то дело до всех этих взглядов, просто вдруг у эльфа действительно будет какая-нибудь стоящая идея.