— Ну да, постоянное воскрешение бойцов больно бьёт по карману, — кивнул я, тыкая вилкой в мясо. Крови было немного, так что оно было уже почти готово. — Что по поводу настроения? Чего вообще хотят?

— Домой они хотят. Я пыталась объяснить, что их Осколок уже может быть захвачен, но они всё равно туда рвутся. А к вам присоединятся не хотят. Удивительно…

— Не, неудивительно для таких мирных пацифистов-расистов. Ещё и хлебнувших горя от людей, — я сдвинул сковороду на край плиты, давая мясу потомиться, и поставил на огонь чайник. — А насчёт дома мы посмотрим. Смутьянов среди них не заметила?

— Нет, что вы, — как-то чересчур эмоционально воскликнула жаболюдка. Она в последнее время вообще вела себя как обычная девчонка, всё больше отдаляясь от образа мудрой Матери Омута. — На самом деле они благодарны за спасение, хотя и стараются не произносить ваше имя вслух.

— Что же, дурная репутация — это тоже репутация, — кивнул я, выставляя тарелки на стол.

— Слушай… те… Николай… — судя по тому, что Тори назвала меня по имени, сейчас разговор пойдёт о чём-то чересчур её волнующем. — Я хотела бы кое-что обсудить. Хотя скорее признаться…

— Выкладывай. Время ещё есть, — я быстренько взглянул на карту, скорее, даже не по необходимости, а уже из-за сложившейся привычке.

— В общем, я не справляюсь. Я думала, что моих знаний хватит, чтобы снять с тебя хотя бы часть ответственности за мой народ, — девушка тяжело вздохнула. — Но я вижу, как вы порой смотрите на меня. Да и в последнее время мы… вы… как будто отдалились…

— Раньше проще было общаться? — подсказал я замолчавшей девушке.

— Да… Именно это я и имела в виду! — воскликнула Тори, однако судя по большим грустным глазам, имела в виду она всё же первое. — Да ещё и эта Орани. Я не понимаю, что с ней делать! А она точно что-то задумала!

— С чего ты так решила? — разрезая мясо на мелкие кусочки и отправляя его в рот, произнёс я.

— Она всё чаще пропадает из посёлка! Я несколько раз пыталась за ней проследить, но каждый раз ей удавалось уйти, благодаря водной магии, — залепетала жаболюдка. — Да и в посёлке многие отметили её странное поведение. При этом её приближённые делают вид, что сами ничего не понимают!

— Забей, — пережёвывая мясо и наливая заваренный чай в кружку, произнёс я.

— Чего⁈

— То, что услышала. Сдаётся мне, что я знаю причину её столь странного поведения. И на твоё счастье, проблема в лице Орани скоро самоустранится. По крайней мере, для тебя, — я тяжело вздохнул, уже предвидя счета за воскрешение Старого. — Так что прекращай киснуть и иди работать.