Видимо, и ему сложно скрывать искренние намерения, когда они произносятся не вслух, а в мыслях.

— Ничего мне не тревожно, — буркнул он.

— Меня не проведёшь.

— Нашёлся тут находчивый! — возмутился он.

Этому существу лишь бы поспорить. И самое ужасное, что я начинаю к этому привыкать!

— Так что, сам расскажешь или пытать?

— И как же ты собрался меня пытать? — усмехнулся демон. — Тело-то у нас одно на двоих!

— А просто, сейчас спустимся в подземелье…

— Ладно-ладно, туда я тоже не горю желанием возвращаться.

— Тогда говори, — настоял я.

Мне нужно было знать, как подобные уходы Легиона влияют на меня самого. Ведь такое может случиться и в критический момент.

— В общем, я понял, что если спрячусь ещё глубже, то вовсе не вернусь… — признался Легион.

— И будешь существовать в моём теле до тех пор, пока я не умру?

— А умрёшь ты без подпитки энергией довольно быстро.

Еще бы! Ведь я существую только за её счет. А насколько хватит остатков? На час-два… максимум на день.

— Понял, — это и в самом деле были важные сведения. — И раз ты вернулся, переходим к другому делу.

— У нас же закончился рабочий день!

Я мысленно усмехнулся и ответил:

— У экзорцистов не бывает выходных, это то, что мне сказали на первом занятии, когда я поступил в университет.

Во втором деле мне присутствие Романа Евгеньевича было совсем не нужно, поэтому я не стал его уведомлять, что продолжу работать, а лишь попрощался на выходе. Так что у него сложилось впечатление, будто я иду домой. На самом же деле отправился на остановку — ехать на служебной машине было бы слишком заметно, а на такси решил не тратиться.

Я ждал автобуса вместе с дрожащими людьми на остановке — сегодня вечером было холоднее, чем обычно, но я этого не ощущал, стоя в одном пиджаке и рубашке. Форму ордена мне выдали утром, она состояла из классического синего костюма с нашивкой в виде герба ордена, но верхней одежды магам не давали.

Чтобы не сильно выделяться, я ходил туда-сюда, делая вид, что мне тоже холодно. А сам размышлял… о том, что у жизни всегда есть подвох — мне дали второй шанс, но существовало множество причин, почему моя судьба вновь могла отправить меня в гроб.

И чем ярче я это осознавал, тем больше хотелось жить…

Автобус приехал, и я отправился за город. Около моего баронства находилась всего одна остановка, на которой и вышел.

Она же была единственной, откуда можно было добраться до земель Жирновых, располагавшихся по соседству. Мы, как мелкие землевладельцы, жили в городе. И большинство семей с таким положением поступает так же попросту потому, что содержать поместье в черте города гораздо дешевле. Единственное, и Жирновы, и Голубевы выбрали не Муром, а соседний мелкий городок, где они могли иметь гораздо больше влияния.