— Ты вечно всем недоволен.

Да и не представляю, на кой-черт нематериальному демону золотой замок.

— Чтоб был! — просто ответил Легион.

Автобус не ехал, и я уже собрался идти домой пешком. Возможно, когда сверну к основной трассе, смогу поймать попутку.

— Или можем сходить на соседние земли и поживиться там, — задорно предложил Легион.

— Я пришёл сюда обезопасить Жирновых от демонов, а ты вовсе предлагаешь идти их грабить.

— Да не станем мы твоего барончика трогать.

— И его арендодателей тоже, — ответил я, не собираясь двигаться с места.

Демоны должны научиться понимать границы дозволенного. А для этого им придется научиться отличать друзей от врагов.

— Ну, когда мои ребята случа-а-айно заходили к соседям, они там много интересного нашли, — продолжил Легион.

— Теперь я сомневаюсь, что это была случайность.

Да я скорее поверю в то, что демонам здесь стало скучно — сюда мало кто приходит, а арендодателей и их сотрудников я запретил трогать и вообще показываться им на глаза. Большую часть ренты мы получали от Годунова, который выстроил своё предприятие в самом конце моих владений, и мне будет невыгодно, если он съедет или начнёт просить уменьшить сумму вознаграждения из-за того, что здесь небезопасно.

— Ну ладно, это была не совсем случайность. Но ты ещё благодарен мне будешь за такую разведку, — сказал Легион.

— С чего бы? — не поверил я.

— Пойдём, покажу, — довольным тоном предложил он.

Автобус так и не ехал, а потому я согласился. И направился прямо к землям Жировых.

* * *

Олег Антонович Демьянов зашёл в комнату дочери, чтобы проведать её — девочка спала слишком долго после изгнания демона, хотя целитель утверждал — угрозы для жизни нет.

Сперва он обратил внимание на лучи закатного солнца, пробивающиеся сквозь ставни. Один такой луч падал на чёрные волосы девушки, придавая им золотистый оттенок.

Отец всегда восхищался красотой дочери — слишком она была похожа на мать. И любил он её не меньше, чем свою супругу… при мыслях о которой на лице показалась лёгкая грусть. Неизвестно, сможет ли Александр вернуть ещё и её.

Настоящее чудо, что он сам стоит на этом полу, а не находится на каком-нибудь демоническом жертвоприношении. Но больше он радовался не за своё спасение… а за детей — за самое дорогое, что было у него в жизни. Хотя бы некоторым из них удалось спастись…

Он присел на край кровати и взял дочь за руку. Пальцы девушки вдруг пошевелились. Она слегка сжала руку отца, и тот улыбнулся. Олег с трудом верил, что она жива… что она лежит перед ним и скоро очнётся.

И она приоткрыла глаза. Посмотрела в потолок и обернулась. А завидев отца, сильнее сжала его руку.