— Я лишь выразил своё отношение к вашему поступку, чтобы предотвратить подобное в дальнейшем. Но более выяснять желания у меня нет, — добавил я.

— Ладно, Александр Олегович, я уже понял, что с вами такие игры не пройдут, — улыбнулся граф. — В прошлый раз вы меня не дослушали, и если честно, тогда мне захотелось прервать все наши отношения, отказаться от идеи предлагать вам что-либо и напрочь забыть о вашем существовании, — признался он.

— Что же заставило вас передумать? — поинтересовался я.

— Совершенно случайно мне стало известно о причинах подобного вашего поступка. Девушка по имени Альбина Панова…

После этой фразы мне стало понятно, почему Игорь Геннадьевич явился без приглашения. Он пытался преподать мне урок. В тот раз я поступил так, как не должны вести себя аристократы. Дерзко и нагло. Он поступил так же, пытаясь меня этим задеть. Но не вышло.

— Думаю, нет смысла спрашивать, откуда вы получили такую информацию? — осторожно уточнил я.

— Нет. Но смогу заверить вас, что нет причин для переживаний. Посторонние об этом не знают.

Скорее всего, Игорь Геннадьевич узнал об Альбине от главы Святого ордена. После прошлой встречи было очевидно, что он хорошо общается с Тимуром Алексеевичем. Этот факт лежал прямо на поверхности.

— А значит, вы пришли, чтобы закончить наш разговор и сделать в итоге то самое предложение, — задумчиво произнёс я.

— Да, хотя обычно не в моих правилах предлагать что-либо дважды, — Игорь Геннадьевич слегка скривился. — Но здесь другой случай. И мне, и вам это будет очень выгодно.

— В таком случае я слушаю, — сказал я и откинулся на спинку стула. — И потом уже мы обсудим ваше предложение.

Игорь Геннадьевич достал из кармана аккуратно сложенный листок бумаги и протянул его мне со словами:

— Вот, держите.

Я развернул и прочитал. Там было написано всего лишь два слова: «Камень Альтаира». Но этого хватило, чтобы мои брови поползли вверх.

Это был не тот случай, когда следовало бы скрывать удивление. Тут был бы в шоке любой — хоть архонт, хоть ученик, хоть простолюдин, хоть самый знатный дворянин.

— Это шутка? Если да, то вам удалось меня рассмешить, — усмехнулся я.

— Я разве похож на шутника? — тяжёлым тоном спросил Игорь Геннадьевич.

— Мы слишком плохо знакомы, чтобы я мог достоверно делать такие выводы, — прямо ответил я, возвращая листок. — Кто знает… Может, моё поведение на прошлом вечере слишком вас задело… Поэтому вы решили не только навестить меня, но и отыграться?

— Вы слишком прямолинейны, — хмыкнул Игорь Геннадьевич. — Даже чересчур.

— Лучше я выскажу свои опасения сразу, нежели потом вскроются какие-то подводные камни.