— Вечер добрый, — проговорил князь, войдя в дом.

— Добрый вечер, ваша светлость, — хором проговорил народ.

— Чем обязан столь позднему визиту, сударь? — с радушной улыбкой спросил дядя, украдкой застёгивая нижние пуговицы чистой рубашки, явно надетой впопыхах.

— Мы и не готовились к вашему визиту. Совсем. Вы уж простите нас великодушно, — протараторила тётушка, пытаясь унять нервную дрожь, сотрясающую её пальцы.

Кажется, она чувствовала, что грядёт нечто неприятное для неё. Поэтому все её костлявое тело буквально разрывалось от страха неизвестности. Ей прямо здесь и сейчас хотелось узнать для чего же князь в столь неурочное время явился в её дом. Явно ведь не с добрыми вестями, а с чем-то нехорошим. И ей всей душой хотелось узнать насколько велика степень этого нехорошего.

— Могу я отнять у вас несколько минут? — посмотрел на моего побледневшего дядюшку князь. — Я хочу переговорить с вами с глазу на глаз.

— Конечно. Прошу за мной, — проронил дядя и повёл Георгия Александровича вглубь дома.

— Зачем он пришёл? Немедленно говори, — тут же прошипела тётка, подскочив ко мне и вцепившись скрюченными пальцами в мой локоть. Её глазёнки горели лихорадочным огнём, а плоская грудь часто-часто вздымалась.

— Сами спросите у князя, — усмехнулся я, стряхнув с локтя руку тётушки.

— Ты мне не дерзи! — брызнула она ядовитой слюной, прожигая меня яростным взглядом. — И никакой князь тебе не поможет! Уже нажаловался ему, что тебя женят, да⁈ Думаешь, он тебе поможет, а вот и нет! У тебя есть законный опекун — и только моему мужу и мне решать, что с тобой делать! А будешь артачиться, там в жены возьмёшь не Маргариту, а какую-нибудь замарашку, на которую я укажу пальцем. Понял⁈

— Клавдия, успокойся, чего ты как с цепи сорвалась, право слово? — нахмурилась старушка Авдотья, кутаясь в чёрную шаль.

— Помолчи, матушка! — рыкнула на неё Клавдия. — Не лезь не в своё дело! Отправляйся лучше спать. И вы всё идите по своим комнатам, а ты, Михаил, останешься.

Старушка нехотя стала подниматься по лестнице. Иван с Фроськой поспешили за ней, не став перечить разошедшейся матушке, хотя в глазах обоих сверкало неподдельное любопытство. Всем же хотелось узнать, чем закончится разговор князя и дядюшки. Но только я и Мария знали его итог.

К слову, моя сестра тоже принялась подниматься по лестнице, но прежде мы обменялись многозначительными взглядами, после чего она кивнула. Дескать, да, поняла, что надо собирать твои вещички, свои-то я уже собрала.

— А ты! — снова обратила на меня огненный взор тётушка. — Никуда не уйдёшь, пока не скажешь зачем припёр в мой дом князя. Что ему наплёл? Что мы с тобой плохо обращаемся? Говори, неблагодарный негодник.