— Ваше благородие, к вам Павел Андреевич. Звать?

— Зови, конечно.

Первая мысль — что-то случилось. Однако мельком глянув на часы, я понял, что время ещё детское и вполне себе адекватное для таких вот визитов. Это просто у меня сегодняшний день растянулся, а световой день меж тем окончательно схлопнулся. Темнота. Как же она меня убивает…

— Алексей Николаевич, вечер добрый.

— Здравствуйте, — я встретил Добрынина в дверях и сразу же предложил пройти к растопленному камину.

Внезапно сегодня тайник не отказался от кофе. Я уже привык к тому, что я из вежливости предлагаю ему напитки, а он завсегда отказывается, бурчит, что по делу, и к этому самому делу мы и переходим. Однако конкретно сегодня система дала сбой.

Прихлёбывая из дымящейся кружки, Добрынин устроился в кресле напротив меня и начал с досужих разговоров.

— Как артефакт? — спросил опричник.

— Работает, — коротко ответил я и замолчал. В подробности вдаваться не хотелось.

Дальше Павел Андреевич расспросил меня о лицее, Еве Юсуповой, трактире и, что уж совсем ни в какие ворота, обсудил погоду.

— Но давайте уже, наверное, к делу?

— Да-да, — кивнул я, поглядывая на часы. — Очень хотелось бы.

— Вот, — Добрынин достал из портфеля худенькую папку и протянул мне. — Списки граждан, у которых за последние несколько месяцев пробудился магический дар. Сами понимаете, что здесь только Тверь и область.

— Ага, — кивнул я и открыл папку.

Три страницы мелким шрифтом. Фамилия, имя, дата пробуждения и тип дара, если таковой удалось зафиксировать. Интересно, очень интересно. И как бы мне попросить этот списочек на изучение? Пройтись бы по нему. Думаю, много чудных открытий совершил бы.

— И что Вы хотите, чтобы я с этим делал? — уточнил я.

— Здесь есть несколько фамилий учащихся лицея, — ответил Добрынин. — Моё появление на территории учебного заведения ничем хорошим не закончится. Разве что в преподаватели записываться. Для прикрытия, так сказать. Вы же, Алексей Николаевич, можете невозбранно перемещаться по территории, заводить нужные знакомства и следить за всеми этими людьми. Следить и обращать внимания на… странности. Резкая перемена характера или необъяснимые поступки. Мало ли?

— Вы думаете, что среди них могут быть… как правильно их назвать-то? — тут я решил прикинуться дурачком. — Одержимые?

— Одержимые, — Добрынин просмаковал слово. — Пойдёт. А насчёт того, что я думаю… Я ничего не думаю, Алексей Николаевич. Я прорабатываю список. И вы можете стать моими глазами в студенческой среде.

— Так я ведь только за, — искренне сказал я. — Согласен. На все сто с вами согласен, затея здравая. Цель у нас с вами одна.