В дом господина Лиса я отводить не стал. Во-первых, слишком много чести для наёмного убийцы. А во-вторых, мало ли что на самом деле у него на уме. Может, ему только того и надо? Так что вместо этого гвардейцы проводили нашего незваного гостя в казармы.

Миша Саватеев лично обыскал Лиса и не обнаружил ничего такого, с чем могли бы возникнуть проблемы. Ни оружия, ни артефактов, ни записывающих устройств. В итоге усадил его в комнате отдыха для «своих». Связывать не стал, но и на просьбу насчёт кофе порекомендовал Лису закатать губу.

— Сиди, — рявкнул Миша. — Жди. И без глупостей! — а после подошёл ко мне и спросил: — Вам не кажется, что мы зря его пустили? Вдруг это отвлекающий манёвр?

— Твои люди прямо сейчас на позициях? — уточнил я.

— Конечно. Подняли всех, усилили защиту периметра.

— Ну тогда это очень глупый отвлекающий манёвр, тебе не кажется? Он какой-то… привлекающий.

— А вдруг он что-то магическое сделает?

— Не сделает, — отрезал я. — Я уже проверил. Пустышка. Так что пускай пока что просто сидит…

Благо, что долго ждать Добрынина не пришлось. Время перевалило за полночь, позади остался крайне насыщенный событиями день, а эмоции у меня по-прежнему зашкаливали. Встретить опричника к воротам я вышел лично.

Внезапно, Павел Андреевич пребывал в прекрасном расположении духа. Едва увидел меня, как начал смеяться — громко так, прямо-таки взахлёб.

— Простите, Алексей Николаевич, — Добрынин вытер проступившие слёзы и пожал мне руку. — В очередной раз задумался над тем, что Вы настоящий уникум.

— Это с чего же?

— Лис этот твой. Он уже сказал, что именно хочет от сотрудничества?

— Пока что нет.

— Ну вот же! — Добрынин развёл руками и по хрустящему снежку двинулся к казармам. — По долгу службы я часто имел дело с наёмниками. С разными. Бывали и те, кто приходил к заказанной жертве с предложением — мол, так и так, заплатите чуть больше, а я сохраню вашу жизнь и сдам вам нанимателя. Либо вообще предлагали убить нанимателя. Гнилая тактика, Алексей Николаевич, и не сказать, чтобы популярная. Долго такие беспринципные сволочи не живут. Да и репутацию зарабатывают едва ли.

— Прошу, — это я открыл перед опричником дверь в казармы, а тот задержался на пороге, улыбнулся и продолжил:

— А вот такое я вижу впервые. Человек пришёл к вам сказать о том, что вас хотят убить, и ничего не просит взамен. Ни денег, ни гарантий. Просто пришёл и всё. Вы понимаете, насколько это странно, Алексей Николаевич?

Я в ответ лишь пожал плечами, хотя на самом деле всё понимал. Понимал, но вслух предпочитал не говорить. Лис отнюдь не дурак, а скорее даже наоборот. Вовремя понял, на кого работает, куда его эта работа может привести, а главное — где именно от всего этого спасаться.