— Марина, это Алексей Светлов, — это уже меня представили. — Тот самый, — добавила Ева и заговорщицки улыбнулась.

— Очень приятно, — Марина протянула мне руку.

Голос приятный, улыбка вежливая и очень даже радушная, но вот глаза… как будто бы она здесь, но не здесь. И как будто бы всё это дружелюбие напускное. Казалось бы, какое мне дело? Однако после того, как я пообещал Ирине Николаевне Волковой стать защитником её дочери, фильтровать окружение прекрасной Евы — дело как раз-таки моё. И как защитник, я очень напрягся по поводу того, что у Юсуповой так быстро появились друзья, которым она что-то там такое рассказывала про «того самого» Светлова.

Проверка. Обязательно нужна проверка. Поэтому, пожав ладошку Комаровой, я тут же перещёлкнул свой внутренний сканер в рабочий режим и вгляделся в суть девушки.

Ничего. То есть вот вообще ничего. Ни демонического, ни человеческого, как будто передо мной пустое место. И вот ведь, а? Богата земля тверская на уникальные таланты всё-таки! Сперва Зарубин, а теперь ещё и эта черноокая красотка. Вот только если Геннадий Сергеевич грубо гасит всю магию вокруг себя, буквально запрещая ей пользоваться, то Комарова — эдакая глушилка, которая делает магию невидимой.

Она не боевик, она идеальный маг поддержки. Будь у того гада… как его? Вавилова, во! Будь у Вавилова в команде головорезов такая вот мадам, чёрта с два мы завершили бы марш-бросок по его дому за неполные три минуты. Вслепую, мне пришлось бы побегать за его магами по этажам. А там, глядишь, и получить внезапный удар из-за угла.

Однако есть нюанс. Насколько мне известно, такие вот «глушилки» начинают худо-бедно раскрываться к двадцати годам. Откуда же у Комаровой в таком случае настолько мощный источник, чтобы всасывать энергию? Или это я разрядился?

— Что-то не так? — улыбнулась девушка, заметив, что я как-то слишком уж надолго задержал рукопожатие.

— Нет-нет, прошу прощения, — ответил я. — Всё нормально. Просто задумался. Глаза у вас красивые.

— Есть такое, — игриво кивнула девушка.

Я же себе пометку сделал. По ОЧЕНЬ многим причинам мне бы пообщаться с этой Комаровой поплотнее. Такой дар просто нельзя оставлять без присмотра. Ведь прямо сейчас передо мной стоит либо мой будущий враг, либо же очень ценный союзник.

— Лёша! — наконец, чуть ли не самой последней из аудитории вышла молодая блондинка.

Лиза Шереметьева — та самая, у которой Намечалась и не сложилась любовь с прежним Алексеем Николаевичем. А рядом с ней парнишка с квадратной челюстью и заранее набыченным взглядом. Костя Лосев.