Кто знает, дождусь ли я вообще того, кто сможет меня успокоить и залечить старые душевные раны.

– Отнеси этим двоим попить и скажи, что через полчаса обедать будем. Они там хоть половину собрали?

– Сейчас узнаю.

Перешагнув через вальяжно развалившуюся в коридоре кошку, я дошла до родительской спальни, где во всю кипела работа.

– Вы когда успели? – я кивнула на две коричневые полторашки в углу комнаты.

– Долго ли нам надо… Лëха только ни в какую не пьёт. Я ему говорю: а водно-солевой баланс?

– Водно-солевой, а не пивной, – сказала, подавая парню кружку. – Как у вас тут движется? Через полчаса обедать будем. И, судя по всему, прощаться с вами. Мама за этот срач на ковре вас на оливье пустит.

– Я говорил ей выкинуть к чертям собачьим эту тряпку половую. Нет, она уцепилась за неё. Вот пусть теперь и пылесосит. Ладно, Лëха, я пока покурить, а ты с Нюрой давай шкаф по-быстрому поставь.

Я с осуждением посмотрела вслед отцу, который хохотнул и оставил нас один на один с огромной конструкцией.

Лëша гулко дышал, опустошая большую кружку с водой. Чёрная футболка была влажной, а штаны насобирали на себя опилок.

Кусочки дерева даже запутались в коротких волосах, покрытых едва заметной испариной.

– Как давно ты пожалел, что вписался в эту авантюру? – спросила я, стряхивая с парня опилки.

– Да ладно тебе, мне не сложно. Хотя завтра мышцы забьются, конечно… Это не штангу тягать.

– Спасибо, что согласился помочь. Это всë странно, кончено…

Я не договорила, потому что Лëша спешно заглянул в коридор, прикрыл дверь и прижал меня к своим губам.

Я пыталась сопротивляться сквозь улыбку, но парень был настойчивым и мокрым до нитки! Так что пришлось смириться со своей участью и отдаться поцелую.

Как только я перестала сопротивляться, Лëша стал нежным, чувственным, мягко касался моих губ и водил по ним кончиком языка, вызывая табуны мурашек. Было уже всё равно, на мокрую футболку, волосы в опилках. Я расслабилась и получала удовольствие от сильных рук, сжимающих в объятиях.

– Соскучился, – промурлыкал парень, утыкаясь в изгиб шеи, чтобы слегка прикусить нежную кожу.

Я не сдержала тихого стона и ноготками впилась в его плечи.

Затуманенным взглядом Лëша посмотрел на меня и хищно, почти со зверским азартом улыбнулся.

– Интересно… Нужно будет целовать тебя почаще.

– Мы в спальне моих родителей.

– Блин, – парень смущённо улыбнулся и отстранился от меня. – Прости, я не подумал.

– Да всë нормально. Через полчаса обед.

Лëша послал мне воздушный поцелуй и вернулся к сбору прикроватной тумбочки.

– Чë довольная? – спросила мама, стоило мне вернуться в кухню.