Это продолжалось минут пять, пока папа наконец не выставил руку для рукопожатия.
– Ладно, молодёжь, – они вернулись, ничего не объясняя. – Поеду я, надо ещё поработать успеть.
– Может, на чай?
– Сами свой чай пейте, чай мне и на работе нальют. Поеду.
– Спасибо Вам ещё раз за помощь.
– Да ладно, Нюра больше суеты навела. И так бы к вечеру отпустили.
Я обняла папу, благодарно чмокнула в морщинистую щеку и помахала на прощание.
Серая машина скрылась из виду за поворотом у соседнего дома, и мы с Лëшей остались вдвоём.
– Спасибо, что побеспокоилась обо мне. Надеюсь, не сильно напугалась Я, наверное, пойду домой.
– Я хотела поговорить, – сказала немногословно. – Поднимешься?
– Да, конечно.
Мы молча дошли до квартиры. Я буквально слышала, как у соседей по трубам течëт вода.
Лëша топтался в коридоре, пока я не кивнула ему, чтобы он заходил.
Не то, чтобы я готовилась к разговору. Тем более в таких обстоятельствах. Надеялась, что мы как бы между делом встретимся на работе
А сейчас пути назад уже не было.
– Мне начать? – осторожно предложил парень.
– Нет, не нужно, – закатав рукава объемной кофты, я гулко вздохнула и сделала шаг ему навстречу, утыкаясь в твёрдую грудь с запахом сырости и пыли.
Кольцо объятий тут же сомкнулось на спине, и я почувствовала тяжёлое дыхание в своих волосах.
Мы стояли так с минуту, не двигаясь и не говоря ни слова. Только лёгкая дрожь в теле выдавала, что время не замерло.
– Ань, я всë исправлю, – сказал Лëша тихо. – Ты наверняка не хочешь мне верить, но я смогу доказать, что тот спор был глупостью, оставшейся в прошлом. Я хочу быть с тобой не из-за спора, не чтобы кому-то что-то доказать. Я хочу быть с тобой, чтобы делать тебя счастливой.
– У тебя неплохо получалось, – я подняла глаза на Лëшу, улыбнулась сквозь подступающие слëзы и коснулась его губ поцелуем. – Может, стоит продолжить?
– Я люблю тебя, – шепнул он едва слышно, прижимаясь лбом к моему лбу. – И обещаю сделать всё, чтобы ты больше не плакала. Во всяком случае, из-за меня.
– А если от счастья?
– От счастья можно, – усмехнулся Лëша, забирая моë лицо в свои руки.
Эпилог. Лёша
– Суханов, а че халтурим, я не понял?
– Да не получается у меня так тянуться! Я Вам, чё, резиновый, что ли?
– Поговори мне тут еще, – приструнил парня шутливо. – Старайся хотя бы, раз такой деревянный.
– Лёш, ну что ты ругаешься? Сам ладонями до пола даже достать не можешь.
Пока никто из ребят не видит, я показал Ане язык и притянул к себе, чтобы поцеловать. Она всегда сопротивлялась, когда мы были в зале, и прятала от меня губы. А я все равно ловил их и целовал.