Снова сжал зубы и молчит.

— Ядерная бомба? Серьёзно? — Ким задал вопрос по связи, которую я продолжал поддерживать.

— Похоже на то.

— Знаешь, если я закрою сумку совсем, ты никогда не найдёшь стенок. Изнутри их как будто бы и нет. Ни стенок, ни горловины. Могу даже дать баллон с кислородом, чтобы ты гнил там помедленнее. Хоть жабры себе отрасти, хоть что. Хочешь?

Думает. Вспоминает.

— Не скажу, — хмуро выдавил он. Значит есть контакт! Не обещает всех кар небесных, уже прогресс. Испугался.

— Не скажешь что бомба лежит в сумке? Что ту ты бросил в хранилище в штабе? — его глаза расширились. — Расслабься, это мы знаем. Я тебе больше скажу, у меня очень простая задача. Уничтожить устройство. Апредставь , что будет, если какой-нибудь Тарновски обидится на тебя-предателя и решит взорвать всё в центре столицы? Или может в твоём родном городе? Вот прям возьмёт и наберёт код активации своими жирными пальцами: пик-пик-пик! И готово!

Потратил немного маны на внушение, опять как будто заляпался в грязи. Но теперь магическим ядром, а оно у меня было немного «чище», его я пока задействовал меньше.

Зато получилось. Представил.

— Да и вообще, дружище, какой идиот выставил такой код? Серьёзно? Вы там совсем поехавшие фанаты что ли? Ей богу, как малолетки на рок концерте! Ты в курсе, что код активации буквально написан у тебя на теле?

Кибер покраснел пуще прежнего. От бессильной злобы.

— А нахрена это всё? Я вот только этого не понимаю. Ты ведь понимаешь, что если ты меня сейчас не убедишь в том что у тебя светлые намерения, ты не только умрёшь бесславно в каком-то лесу, но ещё и останешься для всех жалким предателем?

На него смотрели его глаза. С ним говорил его собственный голос, даже с характерными интонациями. Тут, правда, обошлось без магии, просто я включил внутреннего пародиста.

Наверняка это было жутко.

Злобу в его глазах постепенно сменял страх.

— Быть предателем — низко. Быть предателем, который предал ещё и своих сообщников — низко вдвойне. А потом ещё и облажался и просто сдох. Представь, как тебя будут вспоминать. Или ты всё же хочешь чего-то хорошего?

Ещё полминуты размышлений и он сдался:

— Гера.

— Что Гера?

— Наши боги — слабаки. Не хотят ни во что вмешиваться. В дела смертных, в частности.

— Продолжай…

— Из всех только Гера активно продвигает идею, что нужно остановить все действующие войны. А Изур…

— Изур…?

— Он хочет взять её в жёны. Поэтому должен взорваться заряд, который всё обострит. Богам придётся вмешаться. На Геру падут подозрения, и ей нужна будет поддержка извне.

— И тут Изур, весь такой на белом коне?